"
"Повернувшись спиной к ветру, Лера посмотрела на виноватые лица трёх санитаров и почувствовала, что на глазах закипают слёзы от собственного бессилия. Отправляясь на Ладогу, она готовилась к бомбёжкам, перевязкам, героическому спасению раненых, работе без сна и отдыха, а на деле оказалась неспособна на малое — поставить шатёр и развернуть работу медпункта. Палатку вместимостью сто человек она с санитарами пыталась установить три раза, но при сильном порыве ветра палатка исправно заваливалась набок, прикрывая груду оборудования брезентовым пологом.
Гладкий лёд под ногами отзывался на шаги весёлым звоном, и Лера подумала, что с таким же успехом можно вбивать колышки в кусок стекла или зеркало.
— А может, палатку, того, ящиками придавить? — предложил санитар Круглов — седой как лунь мужчина, на гражданке работавший вахтёром в зоопарке.
Два других бойца-санитара — Илья Осадчий и Гоша Малинин — удручённо молчали. На нестроевую службу призывали не прошедших медкомиссию: Круглов хромал, Осадчий после ранения ослеп на один глаз, а Гоше Малинину едва исполнилось шестнадцать лет и он считался сыном полка.
«Три грации», — самокритично охарактеризовал их троицу искусствовед Осадчий.
— Ящиками мы уже пробовали, — напомнила Лера, наблюдая, как Круглов понурился под её взглядом. — Вскрывайте пока ящики, а я пошла на поклон к дорожникам.
Холодный вязкий воздух комом застревал в горле, вызнобляя тело изнутри. Чтобы согреться, Лера сунула руки в рукава и прибавила шаг, благо дорожники были в зоне видимости.
Тяжело ворочая крючьями, они вмораживали в лёд балки, готовя мостик через трещину. Увидев Леру, мужчины явно обрадовались передышке и дружно закурили махорку с терпким запахом сушёных трав.
— Что тебе, сестричка? — спросил самый старший боец, потирая заскорузлые от мороза руки. На его растрескавшиеся пальцы с ободранными ногтями было больно смотреть. Перехватив Лерин взгляд, он усмехнулся: — Ничего, выдюжим. Говори, зачем пришла.
— Палатку не поставить. — Лера чувствовала, что говорит жалобно, как школьница, а не как военфельдшер, в чьём подчинении пусть маленький, но личный состав бойцов.
— Тю-ю, палатку, вот ерунда! — Дорожник улыбнулся, и от этого Лере на душе стало легче. Может, и правда ерунда?
— Ты вот что, дочка, прикажи своим орлам прорубить лунку.
— Во льду?
— Сейчас лёд молодой, не крошится. В дыру поставь мачту и залей её горячей водой. А полы палатки вморозь, тогда ветром не сорвёт. До весны стоять будет.
— А печка? Лёд от неё тает.
