Зато Пруденс ничего не сказала – накаченная успокоительными, она смотрела перед собой ничего невидящими глазами, и напрасно мы уговаривали ее выпить чудесный кофе со сливками или попробовать ломтик свежевыпеченного хлеба с маслом.
- Тогда мы сами выставим им условие, - заявила я. – Раз уж они так сильно хотят, чтобы мы перебрались в первый класс, тогда… Пусть сделают нам одолжение и обыщут каюты эгранцев!
Мужчины загудели одобрительно – все, включая близнецов, - а Маргрет сжала мне руку.
- Мы можем попытаться, но я не думаю, что они на это пойдут, - произнес Теодор, когда стихла волна голосов.
Даже Пруденс вышла из спячки и повернула ко мне голову, на что я тут же подвинула к ней чашку с кофе и положила бутерброд с ломтиком чудесного сыра, бледно-желтого, с дырочками, пахнущего восхитительно-аппетитно.
- Вы правы, Теодор! – согласился с ним доктор. - Каким образом обыск кают может быть связан с тем, что нас хотят перевести на первую палубу? И вообще, почему нас хотят туда перевести? Эта история с освободившимися столиками кажется мне совершенно фантастической!
Я была полностью с ними согласна.
- Но даже если они не согласятся, для нас ничего не изменится, – с нажимом произнесла я. – В секторе «А» неплохо кормят, и если мы не побываем в «Флаверии», не думаю, что мы многое потеряем.
Все снова со мной согласились, подтвердив, что столоваться во «Флаверии» нам не слишком-то и хотелось, а доктор Рикотт в очередной раз взглянул на меня так, про по телу пробежала толпа мурашек.
И все потому, что это был не первый за сегодня подобный взгляд. Я чувствовала, что ему нравлюсь, и не понимала, что мне с этим делать.
Тут нечего было скрывать - опыта в подобных делах у меня не имелось, и за один день на свободе его не прибавилось.
Что же касается моего собственного мира, в младших классах я дружила с мальчиком, который таскал мне шоколадки на восьмое марта и смотрел, чтобы другие мальчишки не били меня учебниками по голове. Затем мы с родителями переехали в другой город, и я потеряла с ним все контакты.
После этого были новые города, новые подруги и друзья и с каждым переездом новые потери…
Я старалась не привязываться, уговаривала себе, что из-за работы родителей мы все равно не останемся на одном месте, так что не стоит прикипать к людям. Но у меня выходило очень и очень плохо.
А потом случился пансионат «Высокие Сосны» и мастер Гилберт…
- Мне по душе предложение Кристен, - произнес Брассет.
