– Трёхлунная ночь вот-вот наступит…
– Бла-бла-БЛА! – выкрикнула я. – Может, тебе и со мной осталось провести совсем немного времени! Может, завтра меня спалит вулкан!
Мама вздрогнула.
– Этого не будет, – сказала она. – Гений говорит, до следующего извержения ещё несколько лет.
– ХА, – фыркнула я. – Готова поспорить: я взорвусь раньше, чем ты возьмёшь меня с собой на континент. Помнишь, что ты мне обещала? Или, вернее будет сказать, наврала?
– Зубаста, тебе всего два года от роду! – воскликнула мама. – Ты ещё отправишься на континент.
И когда твой брат вылупится, мы немало времени проведём вместе, всей семьёй.
– ФУ! – вскрикнула я. – Это не считается! Не хочу, чтобы за нами повсюду таскался слюнявый драконёнок!"
"Не припомню, чтобы кто-то ещё проходил через такое – соревновался бы за внимание родителей. Да, да, это было удивительно, моя мама оказалась особенной, давайте все молитвенно сцепим когти и запричитаем. И вот почему: обычно у ночных не бывает по два яйца. Благодаря острову, этой кошмарной смертельной ловушке, которую мы называем своим домом, большинству ночных и одно яйцо не удаётся снести в последние… не знаю сколько лет, но очень, очень много.
Пожалуй, у нас в племени только мой друг Коготь не единственный драконёнок в семье.
Но я не понимала, зачем маме другое яйцо, если у неё уже есть я. То, что я вылупилась, уже должно было чудом. Вернее, это и было чудом.
И вдруг: «О-О-О, ещё одно яйцо, жизнь ТА-А-АК прекрасна!» – и так она гордилась собой, больше ни о чём и думать не могла.
Как будто напрочь забыла о первом своём великолепном яйце и о вылупившемся из него великолепном дракончике.
Думаю, во всём виноват этот тупица Провидец. (Если ты не знаешь, кто это, считай, тебе крупно повезло.) Тогда он с ума сходил, постоянно на всех кричал; уж поверь, тут не знаешь, что хуже – он или раскалённая лава. Понимаешь, Провидец хотел убедиться, что у кого-то есть яйцо, драконёнок из которого вылупится хотя бы близко к трёхлунной ночи. На самом деле, он отыскивал варианты для своего славного пророчества.
Но к наступлению трёхлунной ночи у него имелось всего одно яйцо. Одно маленькое паршивое яйцо, ставшее для мамы смыслом жизни.
Итак, мама только что отказала мне: она не могла оставить своё дурацкое второе яйцо и отправиться со мной на охоту. Я сидела, сверлила его взглядом и прикидывала, кого бы попросить тюкнуть его. Маленькое (мелковатое для драконьего яйца) и чёрное, цвета нашей чешуи, оно выглядело просто как шишка на мамином хвосте.
