Но в день развода он ясно дал мне понять, что измена не была ошибкой, что он спал с моей подругой и ни в чем не раскаивается. — Я не устраивала сцен и истерик, не кричала о своей обиде, но ты ведь как никто другой знаешь, что громче всего мы молчим, когда внутри сильно болит. Сам говорил об этом, помнишь? И ты достаточно прожил со мной времени, чтобы узнать мои слабые места. Ты ведь никогда не был наивным и слепым человеком. И мне казалось можешь отличить где ложь, а где правда. Я не спала с Муратовым и у меня не было никаких мужчин в нашем браке, кроме тебя.
А деньги твои… Мне они никогда не были нужны. Надеюсь, эта исповедь тебе о чем-то говорит?
Олег молчал и рассматривал меня слегка прищуренным и напряженным взглядом. Схватившись руками за подоконник, я почувствовала как голову прострелила сильная боль. Я будто вся состояла сейчас из песка. Эта встреча и разговор отняли все мои силы. Давно я не ощущала себя так плохо.
— К сожалению, это всего лишь слова, а не исповедь, Валерия, — в голосе послышались стальные нотки.
— Могу тоже сказать, что испытал не меньшее разочарование в женщине, которую когда-то любил. Особенно, когда на мой счет в банке поступил многомиллионный платеж, а Муратов наглядно показал мне, чем я заслужил эту «милость». Ты отлично справилась с отработкой моих долгов. Но от этих денег я отказался. Как и от женщины, которая продает себя ради достатка и не верит в своего мужчину.
Я закрыла глаза и облизнула пересохшие губы. Мне вдруг стало холодно.
Обняв себя руками, словно пытаясь согреться, я покачала головой. Ложь! Это все ложь! Я не спала с Муратовым. Не брала у него никаких денег и совершенно не понимала, почему он это все сделал. Олег что-то произнес, но я не смогла разобрать слов, голос бывшего мужа вмиг стал далеким и слабым.
8
Я пришла в себя от ужасной боли в голове. Предчувствие чего-то плохого и страшного уже давно не покидало меня, а сейчас настолько укрепило свои корни внутри и напитало их силой, что теперь эти маленькие ростки пробивались сквозь толстый слой обиды и крушили мое самообладание в пыль.
Нельзя угрожать женщине отнять у нее самое ценное, что есть в ее жизни. Нельзя!
Прислушавшись к голосам, которые доносились из гостиной, я поняла, что Олега серди них не было. Было бы замечательно, чтобы он уехал в свою Москву и больше здесь никогда не появлялся. Я желала этого всем своим естеством, потому что не готова была с ним больше разговаривать.
