Оседаю на снегоход, свесив ноги, и закрываю глаза расслабляясь.
– Устала? – заботливо интересуется Алексей.
– Немного. Не люблю смотреть на мёртвых животных.
– Серёга рассказывал, как ты одним выстрелом можешь свалить лося, – садится рядом, немного меня подвигая. – Уверял, что сам видел.
– Что он там видел! – недовольно фыркаю. – Просто в тот момент животное находилось в выгодном для выстрела положении. Вот и всё. Было-то один раз, а он расписал, как будто я каждую неделю валю лося.
– О тебе Серёга говорит с придыханием и улыбкой на лице.
Ты, Маша, оставила глубокий след в его жизни и, думаю, останешься в ней навсегда. – Произнося это, Алексей на меня не смотрит, словно ему неприятно признавать данный факт. Блуждает взглядом, выдыхая облачко пара. – Почему отказала ему тогда?
А вот теперь меня сканирует потемневшая зелень, цепляя, словно крюком, и не выпуская из захвата в ожидании ответа. Честного ответа.
– Блондины меня никогда не привлекали. Сначала мы дружили. Просто дружили, без какого-либо подтекста.
Много разговаривали, проводили вместе время, планировали будущее – каждый своё, а потом Горохов предложил встречаться. Он хорошо ко мне относился, был внимательным, заботливым, сочувствующим…
– Но?
– Не ёкнуло, – пожимаю плечами, открываясь перед Алексеем и, наверное, впервые делюсь переживаниями того времени с кем-то. – Бывает сидишь на свидании с мужчиной: красив, воспитан, остроумен, внимателен. Мечта. А ты смотришь на него и думаешь: «Ну вот вообще не моё».
Сказочник издаёт глухой смешок и мотает головой.
– Знаешь, совсем недавно в мою голову пришла такая же мысль.
– Ты сейчас о своей невесте?
– Невесте?!
– Ну да. Зоя сказала, что у тебя есть невеста. Или придумала? – Точно помню, как Рыжая говорила это в присутствии Вали и Алёны.
– Не придумала, – подтверждение без радости, скорее, с явным сожалением и уверенно идёт к своему снегоходу. – Поехали.
Возвращаемся на заимку, наблюдая растерянных мужчин, осматривающих наш сруб. Интересно, они думали, что мы их будем ждать?
– А кто это у нас проснулся? – начинаю, подъезжая к Евгению и Сергею.
– Да, ребятки, с вами только на охоту ходить. Вас вынесут, а вы и не почувствуете. Вы хоть дверь на ночь закрывали?
Мужчины переглядываются, но вносит ясность Сказочник:
– Нет. Как, по-твоему, я утром к ним зашёл?
– Отлично, ничего не скажешь… – вздыхаю, сползая со снегохода и открывая тушки в санях. – Охотники, твою мать… Ну что, Евгений, сорок семь штук.
