Если сунешь руку во взведённый капкан, пальцы переломает.
– Тогда я буду совать левую.
– Почему левую? – встряхиваю головой, пережёвывая бутерброд, не успеваю проследить ход его мыслей.
– Правая рабочая, а левая не так важна, – улыбается, и я понимаю, что со Сказочником мне всё же интересно. – Но могу и обе, если это заставит тебя улыбнуться.
Становится неловко, а щёки заливаются румянцем. Отвожу взгляд, чтобы мужчина не понял, какие эмоции вызывает во мне. Странная реакция на того, кто ещё вчера невероятно раздражал.
– Я сама, – вздыхаю, поднимаясь и застёгивая куртку. – Поможешь капканы собрать, потому что этих, – указываю на соседний сруб, – до обеда мы не растолкаем.
Удивляет, что Сергей накидался вместе с Москвичом, пустив на самотёк охоту. Настолько уверен в том, что я ответственно выполню поставленную задачу? Или же в попытке завязать полезное знакомство не рассчитал силы? И в данный момент ответ неважен, потому что, как и вчера, помочь мне сможет только Алексей. Выкатываем снегоходы, освобождая волокуши для тушек соболя и капканов, и отправляемся в тайгу.
"
"У охотников прекрасная память и способность ориентироваться в местах, которые, как покажется обычному человеку, совершенно неотличимы. Словно в момент установки ловушки каждая точка наносится на воображаемую карту, не удаляясь до тех пор, пока охотник не сотрёт её сам. Алексей едет следом, лишь крутит головой по сторонам. Останавливаемся по моему сигналу, шагаю вглубь деревьев, издалека завидев тёмную шесть попавшего в кулемку зверька.
Один из ценных видов, обладатель почти чёрного меха, обитает именно здесь. Если все пойманные соболи будут примерно одного цвета, я отработала свои деньги на двести процентов. Забираю зверька и ловушки, две из которых пустые. Негусто, а значит, дальше может быть ещё меньше. Но Евгений чётко дал понять, что сегодня мы вернёмся обратно, несмотря на количество тушек.
Движемся по точкам, снимая соболя и складывая в волокуши, прикреплённые к снегоходу Сказочника. Почти не разговариваем, слаженно действуем, чтобы не задержаться дольше положенного.
Особо осматриваю место, где вчера мы повстречались с росомахой, забираю пустые кулемки и быстро уезжаем. Там, где живёт росомаха, охотник ничего не поймает.
Через семь часов упорной работы заканчиваем объезд точек, имея в наличии сорок семь шкурок. Больше, чем я прогнозировала и меньше, чем необходимо Москвичу. Моё предложение остаётся в силе: остаться до завтра, вечером выставиться и утром снять зверька.
