– Ох-хо! – вздохнул Понятко – Вот бы ихний корабль захватить!
– Размечтался,– проворчал Устах.– Там воинов не меньше полусотни. И драться они умеют.
– Откуда знаешь? Воевал у них, что ли? – заинтересовался Понятко.
– Было дело.
Устах уже прикинул, как следует поступить.
Степняков в городе осталось не так уж много. Часть занимается грабежом, часть – пленниками. Остальные стерегут засевших в башне. О варягах ни те, ни другие не знают, поскольку встретивший их отряд варяги вырезали полностью. За противником – серьезное численное превосходство.
Но если бить печенегов поодиночке – есть надежда на удачу!
– Куркутэ будет сердиться. Этот город ему дань платит,– неожиданно произнес Машег.
– С чего ты взял? – недовольный тем, что его отвлекли от размышлений, проворчал Устах.
– Печенегов впустили – значит, не боялись.
– Может, это его люди и есть? – возразил Понятко.
– Нет,– качнул головой хузарин.– Это не его племя, это цапон. И те, кто за нами гонятся, тоже цапон.
– Как ты их различаешь? – удивился Понятко.
– По одежке. По стрелам. А из какого кто рода, можно по татуировке узнать. Но я и так могу сказать: и те, и эти из одного рода.
– Продолжай! – поощрил его Устах.
– Будь я их ханом,– сказал Машег,– я бы так сделал. Сам дорогой шел бы, вдоль реки, как мы шли, а самых быстрых напрямик послал. Это быстрее.
– А почему мы напрямик не пошли?
– Лошадям пить нужно,– пояснил Машег.– Я тут колодцев не знаю.
– А они знают?"
"– Выходит, знают, раз дошли. Ай, что делает!
Понятко и Устах, отвлекшиеся было, тут же повернулись к окошку.
И уставились на пляшущего под стрелами нурмана.
– Лихо! – с восхищением проговорил Машег.
– Глупо,– проворчал Устах.
– Ты бы смог? – уколол хузарин.
– Так? Смог бы. Только зачем? Я не нурман, чтоб попусту хвастать!
– Не попусту! У них стрел мало! – догадался Понятко.
– Сейчас подстрелят,– неожиданно произнес Машег.– Он правую ногу не бережет!
Как в воду глядел! Несколько мгновений – и штанина нурмана окрасилась кровью.
Но стрела всего лишь чиркнула по мускулистой ляжке.
– Пахари! – презрительно уронил Машег.
Нурман благополучно скрылся в башне.
Ромеи спустили трап. С корабля сбежали несколько воинов в блестящих сплошных панцырях. Двое помогли спуститься еще одному человеку, слишком толстому, чтобы самолично принимать участие в битвах. Этот толстый вступил в оживленную дискуссию со степняками. Пленники понурясь, стояли поодаль.
Неожиданно Машег хлопнул Устаха по плечу.
– Ай молодец! – воскликнул он.
