Сложив полотенце в несколько раз, приложил к ране, а потом оторванными полосами от своей запасной чистой рубашки наложил плотную повязку. Запахнув пиджак, чтобы не смущать свою пациентку, Коган развел костер, поставил на него жестяную кружку. Пока кипятилась вода, он в ручье застирал блузку, использовав маленький кусочек хозяйственного мыла из своих запасов. Развесив блузку на кустах, Борис принялся заваривать чай.
Девушка пришла в себя минут через пять. Она сначала беспомощно заморгала, глядя вверх на небо и склонившиеся над ней ветки березы, потом повернула голову в сторону, увидела блузку, а рядом того самого мужчину, который смирно сидел у костра и заваривал чай.
Раненая сжала лацканы пиджака на груди, испуганно осознав, что на ней под пиджаком только лифчик, и попыталась встать.
– Да лежи ты, глупая! – со смехом прикрикнул на нее Коган. – Никто тебя не тронет! Перевязал я тебя, блузку застирал. Часика через два высохнет. А пока давай я тебя горячим сладким чаем напою. Слаба ты, девонька.
Аж в обморок вон упала.
– Кто вы такой? – сурово спросила девушка. – И чего это вы решили мне помогать, заботиться обо мне? Дел, что ли, других нет?
– Ишь, вопросов сколько, – вздохнул Коган. – О себе ведь ничего не расскажешь, а от меня признаний требуешь. Нечестно это. Да и все равно я тебе о себе ничего не смогу рассказать. Зови меня Борисом, а насчет помощи – так тут все просто. Человек человеку в беде всегда должен помогать. Тем более человек советский, тем более когда вокруг война, когда враг топчет нашу Родину.
И как тут не помочь своему, советскому человеку в трудную минуту? А имя свое хоть назовешь? А то как-то неудобно получается. Не знаю, как и обратиться к тебе.
– Катя меня зовут, – буркнула девушка, вытирая испарину со лба. – Я, может, тоже не могу о себе рассказывать. Права не имею!
«Ах ты, наивная девочка, – с грустью подумал Коган. – Ну разве можно такие намеки делать незнакомым людям?» Но Борис понимал, что, сделав девушке замечание, он сразу же потеряет ее доверие.
А оно только появилось, только зародилось. И куда она одна, с ранением, в обморочном состоянии? Нет, нельзя Катю бросать, хоть ее спасти надо.
– А ты не рассказывай, – посоветовал Коган. – Главное – тебя сейчас доставить туда, где тебе помогут люди, хоть какую-то медицинскую помощь окажут. И не смотри на меня с таким негодованием. Это я или ты недавно в обморок грохнулась? Помогу тебе, а потом по своим делам! И не спорь.
