Или он просто догадывается об этом.
— Мать, скажем так, меня старалась не замечать. Сестры были единственными, кто любил меня. Они заботились обо мне с самого рождения. Понимаешь?
Я заглянула в глаза мужчине, ожидая увидеть в них ответ. Но поняла только то, что он внимательно меня слушает.
— А отец?
— За всю жизнь я видела его хoрошо, если семь раз. Но он дал мне образование, и за это я ему благодарна, — ответила чистую правду.
— Он обязан был сделать это по закону о детях, не важно, законные они или нет.
Вот как, получается.
А я об этом не знала. Но тогда ясно, откуда вдруг эта помощь с академией магии.
— Кроме сестер, ни с кем из родных ты больше не общаешься?
— Мне и их достаточно. Они меня очень любят, даже сейчас, когда я стала взрослой. Я ведь младшая, и для каждой из них, как их собственный ребенок. Они не могли…
Я не договорила. Горло перехватило спазмом, слезы подступили к глазам. Но, усилием воли, я их сдержала. Не время и не место реветь. Какова бы ни была ситуация, я не одна. Μы вместе и справимся и с этим тоже вместе.
— А ты? — спросила я, — Как ты жил эти два года?
Я боялась ответа. И, в то же время, меня интересовало все, что касалось этого мужчины. С каждой минутой рядом с ним во мне разгоралось чувство влюбленности. Хотелось смотреть на мужчину, который был рядом со мной. Слушать его голос, касаться его тела, ощущать его губы на моих.
Мы были, словно знакомые незнакомцы. Все так знакомо и, в то же время, по-новому. Другие ощущения, чувства, эмоции. Нет того неконтролируемого желания постоянно быть вместе, все время чувствовать его прикосновения.
Сейчас все намного спокойнее, но, в то же время, как-то глубже.
— Работа, работа, рабoта. Изредка встречался с друзьями. Иногда проводил вечера у родителей.
Столь простой ответ. Ясно, что о сердечных привязанностях он не расскажет. Но я, все же, спросила.
— А женщины. Ты любил… влюблялся в кого-то после нашего расставания? Или… возможно, твое сердце и сейчас не свободно?
Почему я задала столь глупый и вовсе ненужный вопрос? Не знаю.
Произнесла последнее слово и подумала, что веду себя, как влюбленная дурoчка. Но слова уже были произнесены. Я могла дожидаться ответа, и могла попытаться исправить ситуацию.
— Прости! Μне не стоило спрашивать. Я…
— Рия, у меня были женщины. Два года прошло. Но я ни в кого из них не был влюблен.
Он, все же, ответил. Ронери всегда предпочитал честность. И никогда не лгал мне. И, пусть эта ситуация меня смущает, но ответ порадовал.
