А поверили бы?"
"– Как миленькие. Науку-то Кводнон не просто так изобретал. Рычаг-то нужен – на мозги давить. Началась бы жуткая давка, интриги, грызня, резня! Деньги, армии, территории, полезные ископаемые – все утратило бы силу в один день. В объявленный час вся дрянь, что есть на планете, сбилась бы в эту пещеру. Детей бы убивали, женщин. За каждое место глотку готовы были бы перегрызть. Топтали бы друг друга, как тараканы, резали и пыхтели, пыхтели, пыхтели...
– Мне уже страшно. А дальше? – спросил Эссиорх.
– А дальше – раз! – у пещеры открывается потайное дно, и весь этот миллион без исключения проваливается в Тартар. – Голос у Улиты стал жестким.
– А конца света, разумеется, не было бы? – подсказал Эссиорх.
– Ясное дело! Отменился бы в последний миг – и всё. Это уже дело техники, как все обосновать для оставшихся. Ну там тыры-пыры – просчитались маленько. Зато остальная бы планетка мало-мальски почище бы стала. Хотя бы на годик.
Эссиорх завел мотор.
– Хм... забавно... и почему же Арей этого не сделал? – спросил он.
– Лигул не позволил. Он сказал: этот миллион, который в пещере, и так наши клиенты. Все равно не убегут никуда. Чего же понапрасну дергаться? – объяснила Улита.
Эссиорх рассеянно кивнул.
– Ну что, поехали? А то и конца света не понадобится. Твой ковер с кистями полгорода рассамолетит! – напомнил он.
Улита торопливо перекинула через седло ногу. Почти сразу мотоцикл оглушительно чихнул, так что захотелось сказать «будь здоров», и затерялся в шумном потоке машин.
Забрать ковер они успели вовремя, и уже этим же вечером Чимоданов сердито выколачивал его выбивалкой, перекинув через перила.
– Эксплуатация детского труда... Ну ничего, дождутся они у меня! Напишу куда надо письмецо! – скрипел он.
Глава девятая.
ПРО ГЛАЗИК И ТАЗИК
Хороших людей только хорошие люди любят.
П.И. Мельников (Андрей Печерский)
«Возьми серебряный таз, наполни его водой и ровно в полночь склонись над ним со свечой в руке. И пусть капля воска со свечи упадет в воду.
..»
Так сказала мертвая ведьма в последние часы своего пути. Подозревая, что и тут не без подвоха, Мефодий из осторожности перерыл с дюжину темных книг и в одной из них обнаружил очень похожий обряд, известный как «отворение вежд». В обряде как будто не было ничего особенно опасного.
– Ладно... рискнем... Посмотрим, что милой старушке не терпелось мне показать... – сказал себе Меф.
Ближе к полуночи он открыл старый сундук, похожий на ящик для фокусов.
