Один раз чуть не съехала, но вовремя вернула руки в прежнее положение. И почти не двигалась больше.
Платье, наконец, поддалось. Родион потянул его вниз, обнажая Лию.
Вот она…красивая его девочка…
Спина — загляденье. Хрупкая. Талия тонкая, выраженно переходящая в округлые бедра.
Шикарная…
Чулки, пояс, трусики. Всё кружевное, белое. Сексуальное.
И попка очень сексуальная. Укусить хочется.
Родион, в очередной раз нелицеприятно выругавшись и мысленно обещая кары небесные тем товарищам, которые устроили ему незабываемую брачную ночь, отступил назад.
— Лия, выбирай — душ, ванная? Или сразу баиньки?
Лия выгнулась, отчего лопатки острее выпятились. Красиво… На несколько бесконечно долгих секунд Родион завис, жадно лапая Лию глазами.
— Душ, — едва слышно прошептала она. — Или нет… ванная.
— Так душ или ванная?
— Второе.
— Хорошо.
Родион отошел, от греха подальше.
Ванная была большой, из итальянского камня. Дом в целом был стоящим, Родиону он нравился. Сделано всё со вкусом и не дешево.
— А ты…со мной будешь? — вопрос, адресованный ему в спину, застал мужчину врасплох.
Умела Лия удивлять, причем тогда, когда не ждешь.
Родион сглотнул слюну и кивнул.
— Буду.
— Не оставляй меня… Пожалуйста…
Да куда он её оставит…
Как…
Когда так тянулась к нему.
Да-а. Пробуждение и возвращение к реальности завтра будут шокирующими не только у Лии.
Отрегулировав воду и щедро плеснув пены, Родион дернул за «бабочку» на шее. Ничем не лучше галстука, такая же удавка. И лишь после этого выпрямился и обернулся.
Вот она.
Лия.
Голенькая. Смущенная. И невероятно красивая.
Бывают ли такими девочки?
Родион теперь знал ответ.
Во рту образовалось ещё больше слюны. Голодной и злой.
— Вина хочешь? — он чувствовал себя последним идиотом, успешно загнанным в капкан.
— Нет, — быстро отозвалась Лия, для пущей убедительности покачав головой. — Хватит…
Точно хватит. А вот ему не помешает…
— Давай, малыш, сюда, — он кивнул в стороны ванны. — Я через минуту приду.
Ему никуда не хотелось уходить.
Другого хотелось — смотреть, рассматривать, трогать, целовать. Лизать. Пробовать её всю и везде.
Квадратура ванной позволяла пройти не соприкасаясь. Обойти. Не задеть. Не втянуть в себя будоражащий запах. Куда… Родион пришел к мнению, что он мазохист, никак иначе.
Его точно черти разжигали изнутри, щедро подбрасывая полено за поленом. И бесновались, радостно скалясь. Он остановился рядом с Лией. Та стояла, прикрывая руками грудь и лоно.
