– Долго поправлялся, потом в Гнезде были проблемы.
Ана вздохнул.
– Если бы не чувствовал, что ты наш, – принял бы за шпиона, – сказал он задумчиво. – Но Школу не обманешь… Хорошо, сейчас возьмем оружие тэни и пойдем в стрелковую зону. Вот у них как раз пороховые заряды в ходу. Оружие примитивное, но тоже имеет особенности…
Я с облегчением пошел за стражем.
Интересно, тренироваться буду на иллюзиях?
Или опять эти… конструкты… с разумом мятежников?
Я думал об этом, пока мы не вышли на позицию.
И понял, что мне это совершенно безразлично.
Глава четвертая
На стрелковом полигоне я занимался еще один день и еще одну ночь – то есть еще шесть часов. Звезда выкатывалась из-за горизонта, зловещим гигантским глазом следовала по небосклону и уходила, оставляя за собой холод и тьму."
"Я стрелял из оружия существ под названием тэни, из оружия Измененных (оно было как-то понятнее и привычнее), а потом из оружия тех Измененных, что служили Прежним. Его, впрочем, было не так много, Прежние предпочитали встраивать оружие в солдат.
Знакомые мне бойцы с излучателями в добавочных руках, чистильщики – свора связанных общим интеллектом мелких тварей, необязательно, кстати, с крысиной ДНК, к человеческой могло добавляться все, что угодно. А еще ходоки, мараки, сирены, танцоры, буги, кусаки, стельщики и панцеры – десятки, сотни модификаций, самые немыслимые сочетания человеческой и нечеловеческой плоти, со встроенным или выращенным внутри оружием. Какие-то из них были распространенными, какие-то крайне редкими, их создавали для конкретных заданий, порой лишь один раз за всю историю.
Кстати, так устрашивший меня некогда уничтожитель, здоровенный и невидимый шестилапый монстр, серьезным противником не считался. Как я понял, это было одно из простейших и быстрых Изменений, редко использовавшееся в серьезных боях. Поэтому, наверное, Слуги и выращивали их на Земле для атаки на Гнездо.
Теперь я ясно понимал, что Гнезда на Земле не были даже полноценными тренировочными центрами.
Скорее уж яслями, детским садом, где давали самые первые знания и готовили детей к учебе. И такие грозные с виду стражи оставались, по сути, детсадовцами, играющими в войну…
Школа была здесь.
А мой наставник, похоже, прошел все возможные университеты.
Нельзя сказать, что он был мной доволен, – я неимоверно тупил, не знал ни одного оружия, дважды собирался использовать причудливые пушки так, что убил бы и себя, и его.
