Агентство тут хозяин, и баста. Закусишься с АТР — пеняй на себя. Одна радость: не убьют наверное, просто вышлют.
— У руководства нашей э-э... радиостанции традиционно весьма доверительные отношения с АТР, — заявил Пасечник. — Значит, и на этот счет не волнуйся.
— Замечательная у вас радиостанция. А с Мальтийским орденом она как?..
— Великолепно. А почему ты спрашиваешь? Я вроде не глухой пока, хотя тут некоторые и визжат, как сирена воздушной тревоги! Мальтийцев обижать не надо — услышал и запомнил!
— Хочется надеяться!
— А в чем проблема? Я похож на человека, который возьмет да обосрет Рыцаря Чести и Преданности?
Лоренцо издал протяжный задушенный звук.
Кажется, он в Пасечнике не сомневался ни капельки.
— Ну... Ты же сейчас двинешь в сторону аэропорта, разве нет?
— Я поеду куда мне надо! Повторяю, в чем проблема?
— Да я просто заметил, ты любишь глотку драть...
— А ты не давай мне поводов!
— Так я и не давал! И парни мои, если уж на то пошло...
— А парни твои расчудесные — слабаки и вымогатели!!! — снова набрал обороты Пасечник.
— И если эта фигня будет продолжаться, мне придется искать им замену! Не у тебя!
— А у кого? — искренне обалдел Лоренцо.
— Найдем, город-то большой. То есть, я хотел сказать, от него еще довольно много осталось!
— А-а, черный юмор. Неплохо. Действительно жаль, что тебя не было здесь в пятидесятом! Ты бы нам пригодился, мы тогда редко смеялись!
— Зато сейчас твои замечательные парни ржут, не переставая! Ржут, врут и прикидываются идиотами!
— Рискну предположить, что ты им не понравился.
— Действительно, почему бы и нет, у них ведь дофига клиентов!
— Можешь не верить, но в Абудже и сейчас есть чем заняться образованному профессионалу! От города, как ты верно заметил, кое-что осталось!
— Ф-фак, — только и сказал Пасечник.
— А вот это у нас больше не профессия, — безмятежно отозвался Лоренцо. — После того, как крутые белые ребята вроде тебя все тут расхреначили, шлюхи разбежались по более цивильным местам.
Так что захочешь потрахаться — изволь сначала женщине понравиться. Ну, лично тебе-то ловить нечего, уж больно страшен, фаччья дакуло..."
"— Все, ты меня достал, — сообщил Пасечник неожиданно ровным голосом. — Сейчас будет серьезно.
— Мамма миа, весь дрожу!
— Я официально выражаю тебе обеспокоенность от имени Института! — отчеканил Пасечник.
— А что это значит? — поинтересовался Лоренцо самым невинным тоном.
— Ты... — Пасечник выдержал паузу. — Знаешь.
