И Барни не сумел ничего выяснить. Был бы жив Крукс... Барни убил его случайно, защищаясь, когда они повздорили. Отнимал пистолет — и голову прострелил идиоту. Ларс подтвердил, иначе были бы проблемы, у нас такое не приветствуется... Ну, Ларс потом тоже... Стал проблемой. Ладно, черт с ним. Обидно только, что без толку погиб. Очень многие умерли бесполезно. Допустим, ты убиваешь предателя, чтобы он не предавал больше. Это хорошо. Это нормально. Но исправить-то ничего уже нельзя! — почти выкрикнула она.
— В смерти нет искупления, понимаешь? Смысл — может быть. Но искупления нет. И грехи твои не спишутся...
Она крепко стиснула руки."
"— Короче, все страшно запуталось. Но по факту главный вопрос стоял один — как будем отступать. Кто сделает вид, что он совсем не при делах, и удерет из Нигерии своим ходом через северную границу, — а кому оборонять «батарейку» и отвечать перед клиентом до конца. То есть, люди сразу восприняли положение серьезно. Никто не усомнился, что Барни решил правильно.
Никто не обвинил его в трусости. Никто не думал об упущенной выгоде. Все хотели разрулить ситуацию. Но все недоценили кукловода. Вдруг заявился Винер собственной персоной, очень такой загадочный, он вечно задирал нос... Посмотрел на Крукса в холодильнике и сказал Барни: «Твой командир обещал мне тридцать процентов за то что я не замечу, как вы исчезли с «батарейкой» в неизвестном направлении. С тебя стоило бы слупить побольше, но я понимаю, что ты пережил стресс, и буду снисходителен.
Возьму только сорок. Давай, соглашайся, это хорошая цена. Вам в любом случае уходить из бизнеса, вы после такого эпического кидалова теряете лицо... И кто-то должен прикрыть ваши задницы. А я ведь могу захотеть половину или вообще всё!» Барни ударил его в челюсть и взял в плен. «Кибернетике» передали, чтобы не дергалась, и мы начали сворачиваться. Кто хотел, тот удрал на север, а Ларс выдвинулся в Абуджу с небольшим авангардом и задачей охранять аэропорт.
Барни уже отовсюду ждал неприятностей и пытался учесть любую мелочь. Он только не предполагал, насколько плохо дело. Ну, когда тебя со всех сторон обложили, и ты во всем виноват — к этому трудно быть готовым...
Она потупилась. Видно было, что ей даже сегодня, по прошествии двух лет, неприятно вспоминать.
— Барни ошибся. Все мы ошиблись. Надо было идти в другую сторону, куда угодно, лишь бы из Нигерии.
