— Удрал? — буркнул Леха, чувствуя, как прямо на ходу впадает в апатию.
Следовало бы наверное впадать в панику и даже истерику, но какой смысл? Обстановка стремительно изменилась с плохой на безнадежную, так что паникой можно пренебречь. Толку-то.
«Уходить надо резко», вспомнил он.
Его сдали с рук на руки хозяину, Майк что-то прорычал тому на йоруба, услышал ответ, помотал головой и умчался. Леха не отказал себе в удовольствии задержаться на крыльце и посмотреть, как «архангел» мечется туда-сюда между домами в сопровождении охранника и Ури.
Тьма на дворе была хоть глаз выколи, и зрелище получилось экзотическое: черные люди то возникали из черноты, то пропадали в ней. Потом Лехе это надоело и он позволил увести себя в гостиную.
Как ни странно, у него хватило сил принять душ и проглотить не глядя какую-то еду, обильно запивая водой, чтобы пролезла в обожженное горло. О том, что неплохо бы принять рюмку крепкого для дезинфекции, Леха даже не подумал. Он вообще забыл, что люди пьют алкоголь.
Строго говоря, он не очень помнил, чем люди занимаются на этом свете. Ему просто надо было заправить организм топливом прежде чем спрятаться. Укрыться с головой — от проблем и от себя, неудачника.
Что он и сделал. Уполз в спальню, замотался в одеяло, свернулся калачиком — и дрожал, пока не провалился в сон.
Проснулся от ощущения, что на него кто-то пристально смотрит."
"В спальне тускло горел ночник, а рядом на кровати сидел призрак Виктории Ройс.
В белом-белом легком платье без рукавов.
Бледное осунувшееся лицо, болезненно худые руки, застывший взгляд. Как есть покойница.
Леха не умер от инфаркта только потому что сначала принял женщину за ночной кошмар.
— Ты в порядке? — спросила она. — Вроде получше, да? А ну-ка, водички еще выпей. Тебе сейчас надо много пить.
Леха послушно глотнул из пластиковой бутылки, надеясь, что это не отрава. Нет, свежая чистая вода.
И покойница, несмотря на пугающий вид, говорла с ним тепло, участливо.
— Хочу, чтобы ты знал одну вещь.
Я ничего против тебя не имею. Это просто дурацкое стечение обстоятельств. Здесь все — дурацкое стечение обстоятельств.
Леха сел в кровати, инстинктивно отодвинувшись подальше от привидения. Обеими руками потер глаза. Плеснул в лицо из бутылки, промокнул одеялом.
Проклятье, это был не сон, и дважды проклятье: он моментально все вспомнил.
Надо что-то говорить. Что-то решать. Что-то делать.
Как-то использовать момент.
Он же «шпион Института», черт побери.
