Всех остальных погрузите в «КамАЗ» и отойдите подальше в поля. Как понял меня? Прием!
- Понял тебя. Кто наш противник? Прием.
- Вооруженный отряд численностью от двадцати до пятидесяти человек. Скорее всего, из числа крымских татар. С ними еще женщины, дети и старики – примерно, около сотни. Прием.
- Понял. Сделаем. Отбой.
Вернувшись к машине, поднял ствол автомат вверх и дал короткую очередь. Михалыч вытащил из кобуры ПМ и тоже начал стрелять в воздух, к нему присоединились еще двое парней.
Запрыгнув в кабину «ГАЗа» и, вжав сцепление, сорвал машину с места.
«Шишига» медленно поехала вперед, набирая скорость, бампер ударил в незакрытые створки ворот и те с громким стуком распахнулись настежь.
Машина, набрав скорость, понеслась вперед. «Шишигу» кидало из стороны в сторону, как щепку в бурном потоке. Я вцепился в руль, до боли в пальцах, сжимая «баранку» и молясь только о том, чтобы машину не перевернуло на очередном повороте.
Посмотрев в зеркало заднего вида, увидел, что из ворот турбазы выбежало несколько человек, которые открыли огонь по моей машине.
Стрелявшие держали оружие несколько выше, чем надо. Надеюсь, наблюдатели восприняли всерьез это представление.
Где сидели эти самые наблюдатели я так и не понял. Возможно на вершине холма, что располагался в полукилометре от базы, а может и в развалинах коровника, мимо которого, ГАЗ несколько секунд назад.
- Глеб, ты как? – спросил я у парня, который свернулся на полу соседнего сидения.
- Трясет, просто ужас.
- Внимание, впереди какое-то движение. Приготовься.
- Что там?
- Не вижу, что-то едет, но сейчас это закрыто склоном холма.
По моим прикидкам, «шишига» проехала несколько километров. Может два или три. Не знаю. Но, впереди, на дальней стороне поля появился БТР-80.
БТР?! Какого хрена? Михалыч не говорил, что у них есть бронетранспортер.
- Якорный карась! – выругался я. – У них БТР!
- ЧТО?! – прошипел Глеб. – Откуда?
- А, я откуда знаю? – ответил я, останавливаясь и глуша двигатель.
– Все, я пошел. Следи за дорогой.
- Может, ну его на фиг? Рванем сейчас через поле к нашим. Хрен с ней, с этой турбазой. Другое место найдем.
- Нет. Уже поздно. Работаем до конца! – тихо ответил я, хватая сумку с бомбой и деньгами.
- Мля! Андрей, мы все погибнем!
- Не бойся Глеб – больше одного раза люди не умирают.
- Андрюха, ну на хрена нам это надо? Это не наша война, зачем нам драться.
- Как говорил Партос – «Я дерусь, потому что дерусь!».
