Он был, как всегда, в строгом костюме, но теперь его внешний вид дополняли большие очки «Картье» с голубоватыми стеклами.
— Вот, это тебе, — поздоровавшись, Петрицкий протянул ему тонкую картонную папку. — Сопроводительное письмо внутри."
"Шабанов открыл папку. Хулиганство. Дело возбуждено следователем Северного РОВД, но сегодня Петрицкий принял решение передать его в СО Центрального РОВД.
«Странно, — подумал он. — Обычное дело, почему такой уровень?»
— Ты фамилию посмотри, — будто прочитав его мысли, сказал Петрицкий.
— Это наш общий друг опять накуролесил…
Ларионов! Тогда все понятно…
Он быстро пробежал взглядом постановление о возбуждении уголовного дела. «…Возле ночного клуба „Мед“ произошел конфликт между гражданином Ларионовым и тремя неустановленными мужчинами, в ходе которого Ларионов достал из багажника автомобиля ружье „моссберг“ и произвел выстрелы в своих противников, причинив одному из них телесные повреждения…»
Ясно.
— А зачем передавать нам? — спросил Шабанов.
— Почему не порешать все вопросы в Северном?
Петрицкий выругался.
— Человеческий фактор. Недостатки кадровой работы. Начальник следствия не контролирует личный состав. А там один молодой щенок — Ильин, уперся и ничего решать не хочет. Вынес постановление об аресте, жалобы пишет… Ничего, я наведу там порядок!
«Молодец! — подумал Шабанов. — Есть еще принципиальные следователи. Правда, за это их гнобят, но все-таки хорошо, что такие люди еще не перевелись…»
— Моя задача? — вслух спросил он.
— Отдашь кому-то из своих, чтобы они спокойно и тихо его прекратили. Это легко: потерпевшие скрылись, в больницу раненый не обращался. Обычная разборка между бандюками, по большому счету, нам и вмешиваться не надо. Пусть сами разбираются!
— Я понял, — кивнул Шабанов.
— Только тут есть один нюанс, — продолжил Петрицкий. — Надо обосновать передачу дела на другую территорию. Оформите липовый материал, что похожий эпизод был в Центральном районе. Потом это не подтвердится, но формальный повод для принятия конечного решения будет.
— Я понял. Разрешите идти?
— Иди. Когда все сделаешь, отзвонишься.
Вернувшись к себе, Шабанов вызвал молодого следователя Толчкова. Ему было всего двадцать четыре года, и работал он второй год. Детское лицо, высокий лоб отличника, румянец на щеках.
— Примешь к своему производству, — Шабанов протянул ему папку. — Сегодняшним числом. Понял?
— Да. Еще будут указания?
— Я изучил материалы.
