Его брату Дециму Клавдию Нерону или, как чаще называют по матери потому, что родился после развода родителей, Друзу, двадцать один и выглядит старше, из-за чего складывается впечатление, что они погодки. У обоих треугольные лица с выступающими носами и подбородками. Темные волосы подстрижены коротко. Одеты в темно-красные льняные туники с вышивкой желтыми нитками по вырезу, краю коротких рукавов и, возможно, подолу, которые были не видны. Как меня снабдили слухами по пути мои охранники, первый ярко выраженный интроверт, второй не менее яркий экстраверт, поэтому формально командует войсками старший, а на самом деле младший.
Мне после обмена приветствиями и сообщения цели визита предоставили место на противоположной лавке. Я передал через стол Тиберию Клавдию Нерону свернутое трубкой послание Октавиана Августа, а тот — своему соседу, который был старше лет на пять и подслеповат, судя по тому, как близко к глазам поднес папирус. Он явно воевал всю жизнь стилусом, а не гладиусом, но голос имел командирский.
Уверен, что и в противоположном конце двора слышали, что написал император своим пасынкам. Впрочем, ничего особо секретного в нем не было, если не считать таковыми приветы и пожелания здоровья от их матери. Кроме того, что я помог победить кантабров, в послании сообщалось, что и захват Армении обошелся не без моей помощи.
— Надо же, а я был уверен, что это ты, брат, покорил армян! — произнес насмешливо младший, обращаясь к старшему.
— Так оно и было, — подтвердил я. — Но случилось это после того, как был убит Арташес, правитель Армении, и в стране началась смута.
Бей в голову, а остальное само развалится. Я помог этому по приказу Цезаря Августа.
— Теперь понятно, почему он не удивился, когда привезли известие о смерти тирана, — сообщил Тиберий Клавдий Нерон.
— Ты собираешься убить всех вождей горных племен⁈ — продолжил стебаться Децим Клавдий Друз.
— Если бы это помогло победить, то да. С обозом прибудет значительная сумма ауреусов на подобные цели, — начал я.
— Только думаю, что придется решать другими способами. Цезарь Август не написал, но у меня еще и богатый и очень успешный опыт боевых действий в горах, приобретенный во время войны с кантабрами.
О том, на чьей стороне воевал, я не стал говорить. Не поверят.
— Вот это уже интереснее, — произнес младший брат с еле заметной иронией. — Расскажи нам, как именно будешь действовать?
— Пока не знаю. Надо расспросить, где, когда и в каком количестве нападали варвары.
