Я бы хотела, чтобы они увидели обычную американскую семью. Я…
Она остановилась, боясь, что зашла слишком далеко в своем гневе. Но к ее удивлению, в зале зааплодировали.
Слушания продолжались. Через час Чарли Кэмпбелл обратился к членам комитета:
– Есть еще вопросы?
– Я полагаю, что все ясно, – сказал один из сенаторов.
– Согласен. Спасибо, миссис Эшли. Заседание объявляется закрытым.
Пит Коннорс внимательно наблюдал за Мэри, а затем спокойно ушел, когда ее обступила толпа журналистов.
– Вас удивило предложение президента?
– Вы полагаете, что вашу кандидатуру одобрят?
– Вы действительно считаете, что способны быть послом?
– Повернитесь вот так, миссис Эшли.
Улыбнитесь. Еще раз.
– Миссис Эшли…
Бен Кон стоял в стороне. «Она молодец, – подумал он. – У нее на все есть правильные ответы. Черт возьми, как бы мне узнать правильные вопросы?»
Когда Мэри вернулась в отель, ей позвонил Стэнтон Роджерс:
– Добрый вечер, госпожа посол.
У нее закружилась голова.
– У меня действительно получилось? О, Стэн! Как я вам благодарна.
Мне трудно выразить свои чувства.
– Я тоже очень рад, – с гордостью в голосе сказал он. – Очень рад, Мэри.
Когда Мэри рассказала обо всем детям, они повисли на ней.
– Я знал, что у тебя все получится! – закричал Тим.
– Как ты думаешь, – тихо спросила Бет, – папа об этом знает?
– Я уверена в этом, дорогая, – улыбнулась Мэри. – Я не удивлюсь, если это он помог мне.
Мэри позвонила Флоренс, и когда та услышала новость, то воскликнула:"
"– Поразительно! Я всему городу должна рассказать!
Мэри рассмеялась:
– Я приготовлю для вас комнату в посольстве.
Приезжай с Дугласом.
– А когда ты отправляешься в Румынию?
– Ну, сначала еще должен проголосовать сенат, но Стэн говорит, что это формальность.
– А потом?
– Потом мне предстоят встречи с представителями правительства в Вашингтоне. Затем мы с детьми полетим в Румынию.
– Я немедленно звоню в «Дейли юнион»! – воскликнула Флоренс. – Тебе, наверно, тут поставят памятник. Ну все. Я слишком взволнована, чтобы говорить.
Я перезвоню тебе завтра.
* * *Бен Кон узнал о результатах голосования, когда вернулся в редакцию. Что-то его беспокоило. Но он не мог понять, что именно.
Глава 14
Как и предсказывал Стэнтон Роджерс, голосование в сенате было чистой формальностью. За нее проголосовало абсолютное большинство. Услышав об этом, президент Эллисон сказал Роджерсу:
– Наш план удался, Стэн. Теперь нас никто не остановит.
Стэнтон Роджерс согласно кивнул:
– Никто.
