Как, вы сказали, зовут этого констебля?
– Хэнсон, сэр. Лесли Хэнсон.
Когда дверь за инспектором Пакулой закрылась, сэр Алекс Хайдуайт поднял трубку красного телефона:"
"– У меня есть сообщение для Бальдра. У нас небольшие проблемы. Я все объясню на следующей встрече. А пока я хочу, чтобы были произведены три перемещения по службе. Сержант полиции Твилл, инспектор Пакула и констебль Лесли Хэнсон. Переведите их в разное время и в разные места, как можно дальше от Лондона. Я проинформирую Контролера, может, от него поступят дальнейшие указания.
Телефонный звонок посреди ночи разбудил Гарри Ланца, спавшего в номере нью-йоркской гостиницы.
«Черт возьми, кто это может быть?» – подумал он. Бросив взгляд на будильник, рявкнул в телефонную трубку:
– Какой идиот звонит в четыре утра. Кто?..
В трубке раздался тихий голос, и Ланц резко сел в кровати, чувствуя, как у него заколотилось сердце.
– Да, сэр, – ответил он. – Да, сэр… Нет, сэр, но я смогу отложить свои дела. – Он долго сидел, прижав трубку к уху. Наконец сказал: – Да, сэр, я понимаю.
Первым же самолетом я вылечу в Буэнос-Айрес. Спасибо вам, сэр.
Он повесил трубку и зажег сигарету. У него дрожали руки. Тот, с кем он только что говорил, был одним из самых могущественных людей в мире, и ему надо было всего лишь, чтобы Гарри… «Черт возьми, что бы это значило? – подумал Гарри Ланц. – Что-то очень крупное». Ему пообещали заплатить пятьдесят тысяч долларов только за то, чтобы он кое-что передал одному человеку. Как чудесно будет снова побывать в Аргентине.
Гарри Ланцу нравились южноамериканские женщины. У него было не меньше дюжины знакомых аргентинок, которых хлебом не корми, а дай потрахаться.
День начался великолепно.
В девять утра Ланц поднял трубку и набрал номер телефона компании «Аэролинеас Аргентинас».
– Когда у вас вылетает первый самолет в Буэнос-Айрес?
На следующий день в пять вечера «Боинг-747» приземлился в аэропорту Буэнос-Айреса. Полет был долгим, но Гарри Ланц не обратил на это внимания. Пятьдесят тысяч долларов за то, чтобы передать послание.
Он почувствовал легкое возбуждение, когда шасси коснулись бетона. Почти пять лет он не был в Аргентине. Как здорово будет встретиться со старыми друзьями!
Когда Гарри Ланц сошел с самолета, он едва не задохнулся от жары. «Конечно, ведь здесь лето», – подумал он.
Направляясь на такси в город, Гарри смотрел на надписи, украшавшие стены домов, и удивлялся, что они совсем не изменились. «Plebiscite las pelotaa» («К черту плебисцит»).
