Майк в присутствии Ганни и еще одного морского пехотинца ничего не сможет предпринять. Она уже предупредила Ганни, чтобы тот не спускал глаз с Майка.
Майк удивленно смотрел на Мэри.
– У меня много дел. Возможно, завтра…
– Я хочу, чтобы вы отправились туда немедленно. Ганни ждет в вашем кабинете, – сказала она тоном, не допускающим возражений.
Майк медленно встал.
– Ладно.
Когда он ушел, Мэри почувствовала такое облегчение, что у нее даже закружилась голова.
Она позвонила полковнику Маккинни.
– Я еду на церемонию, – сообщила она.
– Я категорически против. Зачем подвергать себя риску?
– У меня нет выбора. Я представляю нашу страну. Не могу же я все время прятаться. Как я буду потом смотреть людям в глаза? С таким же успехом я могла бы уехать домой. А у меня, полковник, нет такого желания.
Глава 28"
"Церемония закладки нового здания американской библиотеки должна была состояться в четыре часа на площади Александру Сахия. В три часа там уже собралась большая толпа. Полковник Маккинни разговаривал с полковником Аурелом Истрасе, главой секуритате.
– Мы обеспечим максимальную безопасность вашему послу, – пообещал Истрасе.
Истрасе сдержал свое слово. С площади убрали все машины, чтобы никто не мог подложить в них бомбу. Вокруг площади стоял полицейский кордон, а на крышах домов залегли снайперы.
За несколько минут до начала все было готово. Специалисты по электронике проверили всю местность и не обнаружили никаких взрывных устройств. Когда все проверки были закончены, Истрасе сказал полковнику Маккинни:
– Мы готовы.
– Отлично. – Полковник повернулся к своему помощнику: – Скажите послу, что все в порядке.
К лимузину Мэри проводили четыре морских пехотинца.
– Добрый день, госпожа посол, – расплылся в улыбке Флориан. – Это будет прекрасная новая библиотека, не так ли?
– Да.
Флориан разговаривал без умолку всю дорогу, но Мэри не слушала его. Она вспоминала улыбку Луи, его глаза, то, с какой нежностью он занимался с ней любовью. Она с силой сжала кулаки, чтобы физическая боль вытеснила душевную.
«Я не должна плакать, – повторяла она. – Что бы ни случилось, я не должна плакать. Больше не существует любви, только ненависть. Что случилось с миром?»
Когда лимузин прибыл на площадь, из него сначала появились два морских пехотинца, внимательно осмотрели все вокруг и лишь потом открыли дверцу, чтобы вышла Мэри. Когда Мэри подошла к тому месту, откуда она должна была выступить с речью, два вооруженных полицейских стали спереди и два – сзади.
