– Кому расскажи, не поверят, – угрюмо говорит Давид, – 21 век на дворе, а мне не дает собственная девушка.
– Ну, Давидик, я же обещала тебе, что на твой День Рождения… все будет…
– Дожить бы еще…
– Доживешь… месяц остался…
Он закрывает руками лицо и громко стонет, чем здорово меня смешит.
– Аааа… целый месяц!!!
– Коган, прекрати!!! – смеясь, кидаю в него подушкой.
– Даже твоя мать думает, что мы уже спим! Какой позор!
– Неправда! Она думает, что я выйду замуж девственницей.
– Если б она так думала, Анечка, – говорит Давид, поднявшись на локтях, – она ни за что не разрешила бы нам уединяться в твоей комнате.
В этом он прав. Мама, не смотря на свой жесткий характер, души не чает в парне. И, конечно, в роли своего будущего зятя видит только его.
И я тоже… Почему нет?..
Он из интеллигентной семьи, приятный, образованный, симпатичный. По мне, так ему немного недостает чувства юмора, но это сполна компенсируется мягкостью характера. Мы, несомненно, составим прекрасную пару.
Мы все–таки смотрим кино, а после я провожаю его до машины.
Давид сгребает меня в объятия и, целуя в губы, тихо шепчет:
– Люблю тебя, Аня. Жду – не дождусь своего Дня Рождения. Уверен, лучший подарок будет от тебя.
Смущенно улыбаюсь и ежусь от неприятного озноба. Надеюсь, я успею за месяц морально подготовиться к вручению подарка.
На следующий день мне приходится ехать за машиной одной.
– Вот здесь остановите, – говорю таксисту, указывая рукой на ржавые ворота.
– Этого адреса даже на карте нет, – бурчит он и забирает из моих рук купюру.
Я вхожу на территорию базы и тут же нахожу глазами свою девочку. Она стоит в одном ряду с другими припаркованными автомобилями, выгодно выделяясь среди них своей внешностью.
Красотка моя…
Наверное, уже все сделано, раз она не внутри. Прижимаю к боку сумочку с двадцатью тысячами наличными и направляюсь к открытому гаражу.
– Здравствуйте! – заявляю я о себе.
Мне не отвечают. Прохожусь по боксу и останавливаюсь у металлической лестницы, ведущей на второй этаж.
– Есть кто–нибудь?! – повышаю голос в надежде быть услышанной.
Наверху слышатся тяжелые шаги и, я, задрав голову вверх, ожидаю появления того, кому они принадлежат.
Сначала показываются мужские ноги в светлых джинсах, затем плоский живот, голый торс, а после и весь Матвей.
Внутри странно дергается, посылая нервные импульсы по ногам.
Он спускается вниз, на ходу вытирая голову полотенцем, и меня, судя по всему, не видит.
