– Ты хочешь станцию закрыть для пассажиров?
– Нет, конечно. А раз взрыв будет на улице, то люди, которые не статисты, увидев дым, ломанутся обратно в метро. Там неминуемо возникнет давка. Могут затоптать друг друга. Будут жертвы. – Вадим выпячивает нижнюю губу, все замолкают.
Первым отзывается Генка:
– А как по-другому, – он обводит собравшихся взглядом, – это же теракт…
– Ребята, вы понимаете, о чём вы говорите? – Женя испуганно глядит на всех. – Это же пиздец полный. Если все откроется, нам дадут пожизненное из-за того, что люди погибнут.
– Тьфу, тьфу, – стучит по поверхности стола Пашка, – не сглазь.
– Ты про людей? – поворачивается к нему Женя. – Если будет давка, то жертв не избежать.
– Я про «все откроется», – Пашка отворачивается.
– Жень, ну тебя на хуй. Хватит ныть. Ты всегда ноешь, типа самый человечный человек. А когда ты в прямом эфире так эмоционально говорил о «судьбе Зайцева», ты не думал, что все откроется? – Гена раздражается, встаёт, засовывает руки в карманы брюк и начинает ходить по комнате.
– Так, все. Закончили на этом. – Я беру со стола пульт и включаю телевизор. Ставлю первый канал и убираю звук, чтобы отвлечься от дурных мыслей хотя бы картинкой. – Переходим к «тёмнику» по СМИ. Все уже успели ознакомиться?
– У меня основные вопросы по пресс-конференции, – начинает Паша.
– У меня тоже. Можем её сразу по видео в Сеть транслировать, – включается Гена.
Женя сидит молча и шуршит листами тетради. Вадим, смотря на меня, чуть кивает головой.
Следующие полчаса собрания проходит в шлифовке слаженной реакции в СМИ и составу участников конференции. Все настолько втянулись в тему, что даже очковавший до этого Женя яростно доказывает необходимость приглашения самых отмороженных и хамских людей из прессы.
– А я тебе говорю, что это неважно, – спорит он с Пашкой, – да, у него всегда есть проблемы с аргументацией, зато он своими вопросами наглыми мёртвого разбудит.
– Послушай, он прошлый раз на прессухе по делу Зайцева говорил так, будто сам был очевидцем операции, надо же берега видеть всё-таки, – отвечает Паша.
– Хорошая мысль, кстати, – Генка оборачивается ко мне. – Антон, а очевидцы планируются какие-то? Психи, юродивые, простые аферисты?
– Нам бы не помешало, – соглашаюсь я, – может, с Горчаковой поговорить?
Все дружно разражаются хохотом. Вдруг Вадим подбегает вплотную к телевизору и кричит:
– Смотрите, смотрите. Сон в руку!
– Чего такое? – непонимающе говорит Женя.
