Только теперь мне эта мысль противна! — он поднял на меня взгляд, и я впервые увидел на его лице усмешку. — Не припомню, чтобы раньше у тебя был так хорошо подвешен язык. Неужто в Хопёрске говорить научился?
— Я бы сказал, что раньше мне просто нечего было сказать, — улыбнулся я.
— Ах, ну да, ты ведь теперь у нас лекарь-изобретатель! — не без доли сарказма сказал Кирилл. — Ярослав мне все уши об этом прожужжал. Я, если честно, даже подумал, что ты нанял менталиста, чтобы промыть ему мозги. Уж больно резко он поменял своё мнение о тебе.
— Думаю, всё дело в том, что общая работа сближает, — пожал плечами я. — Мы с ним много провели времени в моей алхимической лаборатории."
"— М-да, — вздохнул Кирилл. — А я первым делом потащил тебя в семейный склеп. Пожалуй, не самый лучший способ встретить своего брата.
— Согласен, на мой взгляд, посещать склеп после обеда — дурная затея.
Кирилл коротко усмехнулся, поднялся на ноги, засунул свой клинок назад в ножны, а затем произнёс:
— Тогда, если ты не против, давай забудем это.
Отец скоро приедет. Подождём его в особняке.
Тут мне спорить было не о чем. Будь на месте Кирилла кто-то другой, думаю, я сразу бы выкрутил недоброжелателю руки обратным витком. Но мирное разрешение спора с братом — это наилучший выход. Пока что.
И теперь придется всегда быть настороже, пока я нахожусь в доме Мечниковых…
Как только мы вышли из склепа и пересекли сад, Кирилл взглянул на главные ворота и сообщил:
— Ага, похоже, отца ждать не придётся. Он уже вернулся.
Не стану лгать сам себе — предстоящая встреча вызывает у меня трепет.
Расстались в ссоре, затем я ко всеобщему изумлению сообщил о себе миру, как лекарь-инноватор. Сразу после этого отец захотел вернуть меня в род, а вскоре после встречи с Юсуповыми передумал и согласился с идеей отдать меня в их семью.
Учитывая все эти события, разговор нам предстоит явно непростой.
Когда мы с Кириллом вошли в дом, наш отец — Александр Сергеевич Мечников — уже стоял в гостиной. Мужчина заметил, что мы вошли, но не отвёл своего взгляда от камина.
В его глазах отражались пляшущие огоньки, и по тяжёлому молчанию отца я понял, что оказался прав. Разговор уже начинается не так, как надо.
— Что вы двое устроили в центре Санкт-Петербурга? — твёрдо, но пока что спокойно, спросил он. — Алексей, я, кажется, чётко дал тебе понять в своём письме — не отказывайся. И что в итоге?
У меня был готов ответ, однако Кирилл перехватил инициативу и произнёс:
— Эти бесчестные ублюдки устроили нам засаду.
