Поднявшись на второй этаж в этом крыле дворца, мы свернули в длинный коридор, где стражник грубо впихнул меня не то в пятую, не то в шестую по ходу движения дверь.
Я оказался в комнате для допросов с пристрастием. За столом прямо напротив дверей, сдвинув в сторону письменные принадлежности, с видимым удовольствием поглощал пищу Мирро Швай. Чуть в стороне, у растопленного камина, мыл руки в большом деревянном ведре рыжебородый верзила в кожаном переднике. Освещение тут было не ахти какое, свет факелов и свечей в подсвечниках едва разгонял полумрак по углам, но я почему-то был уверен, что отмывал он со своих рук самую настоящую кровь.
— Вот и еще один злодей, — ухмыльнулся тер Швай, аккуратно нарезая ножом кусок жареного мяса, — ну что, признаваться будем?
Вопрос поставил меня в тупик. Во-первых, хотелось бы конкретики, чтобы понимать вообще, в чем нас обвиняют. А во-вторых, «еще один злодей» означало, что кто-то из наших уже здесь был. Сопоставив же эту информацию с отмыванием рук от крови рыжим верзилой, я внутренне содрогнулся.
И почему я не настоял на выборе безопасного маршрута?
— Так в чем признаваться-то? — решил я поиграть в непонятливость, в надежде вытянуть из тюремщиков больше информации.
Но надеждам моим было не суждено сбыться. Мирро Швай только горестно вздохнул, как бы сожалея о моей глупости, и еще больше сосредоточился на еде.
В тот же миг размашистая оплеуха от сопровождающего стражника бросила меня вперед, прямо под удар едва успевшему отряхнуть руки от воды рыжебородому.
Тот взялся за дело споро: два быстрых удара опрокинули меня на пол, вмиг наполнив голову гулом набата. Во рту стало солоно от вкуса крови, я попытался подняться, но получил в дополнение еще целую серию ударов ногами. Причем теперь уже стражник и заплечных дел мастер работали сообща.
Потом кто-то из них ухватил меня под мышки и приподнял, подставляя под кулак товарища. Сознание на некоторое время покинуло меня, но быстро вернулось.
По крайней мере, как мое тело с безвольно подгибающимися ногами привязывали к столбу, я уже чувствовал."
"Дальше оба мучителя принялись планомерно избивать меня, в основном целясь в голову и в живот. Силы пока еще были, и я, по мере возможностей, пытался уводить от прямого удара лицо, напрягать мышцы пресса и встречать удары в корпус на выдохе. Несмотря на гудящую голову и разбитое лицо, сначала получалось неплохо.
