Ближайшие дни теперь ходить в водолазках, которые я терпеть не могу.
Быстро ополаскиваюсь, вытираюсь полотенцем Стаса. Не знаю, как он относится к тому, что чужой человек трогает его личную вещь, но… мажор пальцами касался моего клитора и вагины. Думаю, полотенце он мне простит.
– Отвезешь домой? – быстро спрашиваю, как только открываю дверь ванной.
На секунду мне показалось, что Аверин расстроился. Моргнула, и это наваждение рассеялось. На лице парня вновь лукавая улыбка и готовность язвить.
– Конечно, моя удовлетворенная лисица.
Ты, кстати, в курсе, что когда кончала, так в волосы мне вцепилась, я думал, лишусь приличного клока волос, – шипит, как змей, мне на ухо.
От Стаса приятно пахнет каким-то парфюмом и чистотой, словно в квартире есть еще одна ванная, и он тоже успел сходить в душ.
– Ну вот, а говорил, что неблагородный. И кончить дал, и волос для меня не пожалел.
Не знаю, почему пропадает страх перед мажором. Сейчас мне нравится бросаться колкостями в ответ на его фразочки.
Я осмелела.
Даже в глаза смотрю дольше обычного.
Сердце, правда, по-прежнему стучит молоточком.
Стас приближается ко мне, останавливается в паре миллиметров от моих губ и уверенно произносит:
– Су-учка ты, лисица.
И вновь целует. А я уже устала целоваться. Измучил меня.
До моего дома мы едем молча. Тишина нисколько не напрягает. Мне показалось, я успела вздремнуть.
– Близко не подъезжай, – тихо прошу.
На часах почти семь вечера. Мама наверняка приготовила ужин, меня ждет.
– Папа сейчас с собакой должен выйти гулять, – оправдываюсь.
На мажора больше не смотрю.
Становится неуютно, и всей этой близости между нами как не бывало.
– Не одобряет? – его тон ровный, даже безразличный, но я отчего-то уверена, что Аверину не все равно.
Знаю откуда-то.
– Тогда беги, Лис.
Хватаю сумку, заброшенную назад, и быстро открываю дверь. Останавливаюсь на секунду и поворачиваюсь к парню лицом. Стас наблюдает за каждым моим движением.
Дурацкая мысль на все забить и обратно усесться в его машину.
А там будь что будет.
Он же сказал, что не играет со мной. Значит, все по-настоящему. По правде?
Я и Стас.
– Эй, Лис, – Аверин опускает стекло и медленно едет параллельно мне, – у меня до сих пор стояк. Знаешь, что я буду делать, когда вернусь? И кого представлять?
Уф!
Закатываю глаза. Щеки заливает румянцем. Мне вдруг кажется, что весь город слышал, что сказал этот придурок.
– Извращенец, – шиплю в ответ и взбегаю по лестнице к подъезду.
– Те-бя! – кричит.
