– Лисица, если ты до сих пор думаешь, что я благородный и сознательный, то ты глубоко заблуждаешься на мой счет.
Ледяная корка с острыми краями царапает внутренности от гортани до стоп после его слов.
И нет, я знаю, что Аверин прав. Мне не стоит ждать от него рыцарских подвигов и клятв в вечной любви и верности.
Но господи, как же хочется!
– Если ты думаешь, что резко мне разонравишься, то ты тоже заблуждаешься на мой счет. Мажор!
– Почему ты такая…
Дыхание срывается. Я издаю не то стон, не то всхлип. Сама не в состоянии понять.
Мне просто до ужаса хочется узнать, какая я в его глазах. Но смертельно боюсь услышать его гнусную правду.
“Он неблагородный”, – повторяю тысячный раз.
– Глупенькая.
– Не боишься, что заражу тебя своей глупостью? Через слюну?
Аверин смеяться начинает. Взгляд вновь на губы опускает, облизывается словно я сладкий и долгожданный десерт. Это чувство греет.
– Самоуверенная лисица. Упрямая.
– Это что-то вроде комплимента, а, Стас Аверин?
Глаза мажора как бездонные колодцы.
Примагничивают меня к себе, заманивают. Я и в самом деле лишаюсь воли, когда он так на меня смотрит.
Аверин берется за края моей кофты и стягивает ее с меня через голову. Остаюсь перед ним в одном простом лифчике белого цвета.
Дышу часто, прерывисто. Взгляд его поймать стараюсь, а он прожигает им мою грудную клетку. Стас не касается руками, но я отчетливо чувствую его ладони на своей коже.
Из приоткрытых губ Аверина срывается шумный выдох.
Моя очередь избавить его от футболки. Глаза жжет от желания увидеть рельеф его тела.
Мне ведь только через ткань оно было доступно. А сейчас могу коснуться, погладить. Очертить…
– Нравится? – глухо спрашивает, когда я так жадно рассматриваю.
Цыкаю и закатываю глаза. Даже сейчас мажор остается самоуверенным придурком.
Одна его интонация чего стоит. Он будто не имеет права не нравиться.
Аверин берет меня под бедра и несет на диван в зал.
Не в спальню. На свою кровать.
Припадает снова к шее и ведет языком мокрую дорожку до выемки ключицы.
Веки прикрываю от удовольствия. А Стас толкается в меня бедрами, прямо говоря о своем желании.
Аверин меня хочет. У мажора на меня стоит, и это отдается жаром между ног. Там настоящий потоп и несказанно ноет.
– Лис…
Господи, это прозвучало лучше, чем мое имя. Мягче.
Только от этого обращения в уголках глаз защипало, и мне бы закрыть глаза и отвернуться.
Не хочу, чтобы он видел, как сильно меня это зацепило.
– У тебя уже был секс?
Замираю. И Аверин тоже.
