– В смысле нет? Ник? Мы вообще годовщину отмечаем."
"– Скорее, похороны, – пробормотала Орлова, отпивая из бокала терпкий напиток.
– Блин, ты че? Какие похороны? Я тебя люблю, ужин тебе тут устраиваю!
Ника закатила глаза.
– О какой любви вообще идет речь? Если для тебя это пустой звук. Ты на каждый косяк твердишь, что любишь меня. Да не бывает так плохо, когда люди любят друг друга!
Макс смотрел прямо на нее. Даже моргал нечасто.
– Знач, ты просто меня не любишь.
Боже, за что?
– Это все было ошибкой. Ресторан, мы с тобой.
Ника отставила бокал и убрала салфетку с колен, намереваясь уйти. Отвлеклась на резкий звук за соседним столом, и Макс успел усадить ее обратно, потянув за руку. Глядел теперь довольно и наглаживал ладошку. А Нике было плевать. Она не могла оторваться от рядом сидящей девчонки, на которую замахнулся огромного вида мужик.
Миниатюрная брюнетка сгорала от стыда под пристальными взглядами. Но вот ее спутник громко пробасил, что все у них хорошо, и люди дружно отвернулись, сделав вид, что ничего и не произошло.
Макс отвернулся вместе с остальными. А Ника смотрела. И не понимала. Вот что заставляло эту милую девочку сидеть, терпеть оскорбления и крепкий хват на запястьях? Общество, которое приравнивало подобную грязь к норме?
Ублюдок вцепился в нее так, что девчонка громко ойкнула и попыталась выдернуть руку. Ника неосознанно подалась вперед, хотя вряд ли знала, чем могла помочь против такой груды мышц.
– Это не наше дело, – сжав ее ладонь чуть сильнее, прошипел Макс, чтобы было слышно только ей.
Он ненавидел привлекать внимание. И сейчас стал Нике особенно противен. Она одернула руку, будто ужаленная.
– А если он убьет ее прямо здесь – это тоже не наше дело? А если ты замахнешься на меня – тоже никому не вмешиваться?
– Не драматизируй!
Орлова уже приготовилась выдать Максу все, что накопилось внутри, плеснуть в лицо красным сухим и гордо удалиться, но тот внезапно ее опередил.
– Извини, я на минутку, – бросил он, уже вскакивая с места и исчезая в направлении уборных.
Ника не поняла, что случилось. Пожала плечами и продолжила потягивать вино из бокала, отложив момент расправы до его возвращения. Но не успела сделать и трех глотков, как с ней вдруг поздоровались – те самые Пашкины, из-за свадьбы которых они с Максом поссорились. Парочка выглядела как с обложки: такие же идеальные и неестественные.
