И на кой черт Максу приспичило забраться сюда? Ника не понимала. Да, модное заведение, которое часто хвалили, но таких было и в центре полно.
Она раздраженно хлопнула дверью автомобиля и пошла по узкой темной аллее к ресторану, причитая про себя, что лучше бы разобралась с Быковым по телефону. И даже растерялась, заметив вдруг его на входе. Макс стоял у дверей с большим букетом красных роз, в белой рубашке, которая контрастировала с черными волосами и смуглой кожей. И – внимание – не в кроссовках! Правда, Орлова вовремя спохватилась и выдохнула: не стоило терять бдительность, Макс умел быть таким – красивым, галантным, когда ему это удобно, умел кричать о любви, но ничего для нее не делать.
Эгоист и потребитель, всегда перетягивающий одеяло на себя. Но теперь, когда Ника могла трезвой головой взглянуть со стороны, она хотя бы нашла оправдание, почему все же влезла в эту запутанную историю – паршивец был хорош, плевать даже на розы.
Он перестал пинать камень под ногами и обернулся, услышав ее приближение.
Широко улыбнулся и, протянув девушке букет, решительно наклонился к губам. Ника же юрко проскользнула мимо Макса, цветов и открыла входную дверь.
Внутри царил тот же полумрак, что и снаружи, только народу оказалось гораздо больше, чем девушка предполагала. Администратор проводила пару в дальний угол и предложила меню и винную карту, где Ника не встретила знакомых названий. При помощи недовольной официантки, которая упорствовала в выборе более дорогих бутылок, все же нашла нечто среднее, сухое и красное, а из блюд, не изменяя себе, взяла «Цезарь».
Макс заказал говядину и настоял на более «серьезном» ужине, поэтому к общему списку Ника добавила индейку в брусничном соусе.
Размышления девушки о том, откуда Макс возьмет на этот прекрасный вечер деньги, оказались прерваны упреком.
– Ты была у Леши? Ты ж не сказала ему? Он вел себя странновато.
Ника и сама собиралась поговорить, но раз Макс начал первым – еще лучше.
– А если и сказала? – ухмыльнулась она.
Хотела посмотреть на реакцию парня, что не заставила ждать. На миг тот превратился в затравленного зверька, был просто жалок. И как раньше этого не замечала?
– Да расслабься. Смысл рассказывать о том, чего нет.
Макс шумно выдохнул и на мгновение, пока официантка разливала вино, замолчал.
– Фух, Ник, я обязательно скажу, – заговорил он, как только они снова остались наедине.
И вдруг сощурил взгляд. Кажется, до него с запозданием дошла суть предыдущей фразы.
