Алик решил, что никак не сможет сегодня ее отпустить.
– Поехали, – пробасил он.
– Куда?
– Ко мне.
Ее брови нахмурились, почти сошлись на переносице. Ника набрала воздух, чтобы высказать тысячу доводов против, но Алик слушать их не захотел.
– Раз уж ты втянула меня во все это, будь добра принять помощь! Ты упоминала, что сестры и родителей нет в городе, а судя по тому, что ты не отвечаешь на телефон, туда, – он сделал акцент на слове, – ты тоже ехать не собираешься. У меня будешь хотя бы в безопасности.
Да в его доме, напичканном электроникой, ей будет безопаснее, чем в отделении полиции! Он это точно знал.
Не отпущу, даже не надейся.
Не после погони, которая даже Алика выбила из равновесия, не после шифров, слежки, всей этой ерунды.
Ника смотрела на него и молчала. Смотрела с вызовом, пронзала напрочь сердце Алика синевой глаз. Не выдержал. Он просто взял ее за руку и повел к автомобилю. И сопротивлялась бы, не отпустил. Но Ника послушно семенила следом. Она не могла оторваться от вида сплетенных рук.
Алик открыл дверь и помог забраться в салон. Его взгляд не отпускал, пока он обходил машину спереди и занимал место водителя. Наваждение какое-то. Она тряхнула головой и прикрыла глаза.
Ее пугало все, что происходило. Пугала полиция, погоня, пугали люди в черном. Ее пугал и чертов Алик, и его поставки хрен-пойми-чего еще более пугающего. Но больше всего пугало то, как отзывалось на него ее тело. Ника совсем запуталась в ощущениях.
Черт.
Ладно, сегодня она сделает так, как он сказал.
Но только сегодня. И только потому что ей было по-настоящему страшно, она устала. И вовсе не потому что хотелось остаться рядом с ним еще чуть-чуть.
**********
* В тексте вместо одной из цифр использован символ «#», чтобы избежать совпадения с реально существующим телефонным номером.
Глава 7
MATRANG – Оставайся
Машина свернула на набережную, разрезая опустившуюся на город ночь огнями фар, и Ника перенеслась в другой мир. Это место было контрастом жизни, которую она видела дома или у Макса.
Отстроенная к Чемпионату мира улица совсем не походила на серую, хоть и центральную часть города, что Ника наблюдала каждый день за окном, – с советскими кирпичными пятиэтажками, разбитыми качелями во дворах, пропахшими сыростью подъездами и жбанами, до которых часто не доносили мусор. Здесь все чувствовалось иначе. Воздух пропах речной свежестью, а неоновые вывески гипнотизировали мерцанием – Ника залюбовалась. Будто и не было здесь места типичной русской тоске.
