А от этого города до вашей Москвы на автобусе три часа. Сами, штоль, не знаете, а? И ваще, у вас что, на телефоне денег куча? Говорить попусту не жалко?
– Почему из Айдахо багаж отправили к вам? – впала я в изумление. – Сто раз повторили американцам: Москва, Москва советская!
– Рукы-мама, ваш Васька куды-то залез! – опять зачастил в трубке посторонний голос. – Напрочь заныкался!
– Мой кот дома на печке сидит, а эта зараза аэродромская надоела хуже начальника, – возразила служащая. – Не мешайте, я с человеком беседую.
Алё, вы тута?
– На месте, – подтвердила я. – Скажите название городка, я приеду за чемоданом.
– Трстмздрфучан, – объявила Рукы-мама.
– Это где? – не сообразила я.
Собеседница щелкнула языком.
– Вы что, из своей Москвы ваще никуды не выезжаете, грибами сидите на одном месте? Неужели про районный центр не слыхивали?
– Сообщите почтовый адрес аэродрома, куда прибыл багаж, – потребовала я.
– Трстмчдрфуганская область, Кирбирдркнлмгловинский район, город Трстмгдрфуган, улица имени Фбстнчума, дом два, – на едином дыхании выпалила Рукы-мама.
– И тут еще у вас клетка. С птицей.
– Знаю, – вздохнула я, – с цыпленком.
– Ну, на курицу он не похож, – пропела Рукы-мама, – скорей уж индюк или, типа, орел. Тело серое, голова красная, клюв крючком, когти жуткие. Страхолюдство, в общем. А жрет какую-то хрень, типа сушек. Коробка при нем есть, написано не по-нашенски, но Ленка сказала – она английский в школе учит, – там корм. Лена, кстати, из вашей Москвы.
Знаете ее? Мамаша ейная магазин на автобусной остановке держит. Дочка у ней хорошая, в интернате учится.
– В Москве много остановок общественного транспорта, – улыбнулась я.
– Ой, да ладно! – засмеялась Рукы-мама. – На десять-то домов!
И тут меня осенило.
– Простите, Елена, хорошая девочка, из Москвы?
– Ага. Вспомнили ее?
– И где город находится?
– Москва не город, а деревня. – Служащая хмыкнула и пояснила: – На границе с Бшкфдмлиским районом. Эй, вы чего, забыли, где живете? Ваще ничего не понимаете?
– Понимаю, – пробормотала я.
– То есть нет, не понимаю, каким образом людям из Айдахо пришло на ум отправить злополучный чемодан в какую-то деревню. Я не говорю по-английски, мне помогала женщина. Она сто раз повторила: «Москва советская. Россия, Москва советская».
– Верно, – согласилась собеседница, – село по-полному и есть Москва-Советская. Как было название, так и осталось, в перестройку менять не стали.
