До тех пор, пока не была завершена сегодняшняя, последняя, стадия операции, молодой человек и представить себе не мог, насколько он измотался. И не столько физически, сколько морально. Теперь же эта усталость навалилась на него, как пьяный грузчик в порту на плечи своего более трезвого собутыльника. Больше всего на свете Локис хотел оказаться сейчас не в тесном салоне рядом с майором Поповым и двумя людьми полковника Морильо, а на борту авиалайнера, несущего его к родным пенатам.
Владимир представил лицо матери. Представил, как она волнуется, ждет его звонка, и как при этом расцветет ее лицо, когда он сообщит ей о скором возвращении домой.
Откровенно говоря, Анна Тимофеевна даже и не догадывалась о том, какой трудной и опасной работой занимается по контракту ее единственный сын. То есть догадываться и что-то подозревать она, конечно, может, но вот знать наверняка… Нет, это исключено. Владимир, не желая травмировать тонкую нервную систему матери, всегда говорил ей, что служит при военном складе. Ну, а частые отлучки… Что ж, у кого нынче из военных не бывает вынужденных командировок.
Пусть даже и по снабжению…
– Все в порядке?
Попов протянул Локису руку, помогая тому забраться в салон. Майор был в два раза старше Владимира, и многие бойцы-контрактники за глаза называли его Батей. Локис не являлся исключением из правил. Однако ни ему, ни его товарищам ни разу не пришло в голову открыто назвать Батей этого сурового широкоскулого атлета с литыми бицепсами. Локис знал, что при желании майор даст в боевых условиях фору любому из находящихся в его подчинении контрактников.
На Попова равнялись, с него брали пример, и его слово, произнесенное с самыми что ни на есть будничными интонациями, всегда равнялось приказу.
– В полном, товарищ майор, – кивнул Владимир, располагаясь на соседнем сиденье.
– Ну, и славно. – Попов достал из нагрудного кармана сигарету и привычно постучал фильтром по ногтю большого пальца. – Отбываем сегодня вечером. Вылет в 21. 43 по местному времени.
– Как? – возмущенно обернулся на них Альварес, передававший в это время из рук в руки флэшку одному из людей полковника Морильо.
– Уже сегодня? А как же коррида? Она начнется на следующей неделе. Рамон против Хуана Карлоса. Мано а мано! Бесподобное зрелище!
Попов неодобрительно нахмурился и покосился на Локиса. Тот отрицательно покачал головой.
– В следующий раз, Хосе. Как-нибудь в следующий раз.
Владимир устало провел рукой по лицу и почувствовал под пальцами что-то теплое и липкое.
