И теми, и другими приемами Владимир владел профессионально. При помощи того же ножа ему ничего не стоило вывести из строя любого человека и на любом расстоянии. И при этом оставить его в живых. В рукопашном бою все обстояло и того проще. Но форс-мажор… Этот фактор присутствовал неизменно. Любая ошибка со стороны исполнителя (по его ли вине или по воле обстоятельств) могла стоить провала всей тщательно спланированной операции. И, к сожалению, подобный горький опыт в багаже Локиса также имелся. Один-единственный, но он стоил десятка, а то и сотни грамотно и безукоризненно исполненных заданий.
На кону стояла человеческая жизнь. Никто так остро не осознавал это, как идущий на операцию спецназовец. От его профессиональных действий зависело слишком много.
Локис прикрыл глаза, и перед его мысленным взором моментально возникло лицо молоденькой девушки с голубыми, как два бездонных озера, глазами и очаровательной ямочкой на подбородке. Девушка смотрела на него умоляюще и при этом с некоторым чувством обреченности в прекрасно-голубых глазах.
Она заметила Локиса раньше, чем человек в камуфляже, имени которого Владимир не знал, но который и был его непосредственной целью. По лицу девушки пробежала тень. Тень надежды. В это мгновение она, вероятно, решила, что у нее появился реальный шанс на спасение. Шанс… Который Локис не оправдал. Девушка погибла от руки человека в камуфляже прежде, чем Владимир успел его обезвредить. Так получилось. И к слову сказать, тогда он тоже действовал без оружия. Без огнестрельного и без холодного.
Задача состояла в том, чтобы взять противника голыми руками. Локис справился, но не на сто процентов. Девушка погибла раньше. Спасти ее не удалось. Владимир часто вспоминал о ней. Вспоминал, как она была молода и красива…
– Приехали, – объявил по-испански Санчес, выдергивая пассажира из омута горестных воспоминаний.
Владимир встряхнулся. Автомобиль остановился у двухэтажного дома канареечного цвета с замысловатой лепниной по фасаду. Санчес добавил еще что-то на своем родном языке, но Локис не настолько хорошо знал испанский, чтобы понять его.
В ответ он только кивнул и выбрался из салона. Санчес не уезжал – он намеревался ждать его возвращения.
Пользуясь записанным на листке блокнота адресом, Владимир поднялся на второй этаж дома и позвонил в дверь под номером «шесть».
– О! – Альварес прищелкнул языком, едва понял, кто пожаловал к нему в гости. – Володя! Решил, значит, задержаться? Отлично! Очень правильное решение! Проходи-проходи.
