– Нет, вы мне прямо скажите, так это или не так? Это все, что мне требуется.
– Вам ответит вот этот джентльмен. – Пуаро кивнул на инспектора Рэглана.
Тот замялся, посмотрел на Хейза, перевел взгляд на Пуаро и только тогда, словно получив разрешение, сказал:
– Да. Между без четверти десять и десятью.
– Тогда зря вы меня тут держите, – сказал Кент. – В двадцать пять минут десятого меня в «Папоротниках» уже не было. Можете справиться в «Собаке и свистке» – это салун в миле по Кранчестерской дороге. Я там, помнится, скандал учинил примерно без четверти десять.
Ну что?
Рэглан что–то записал в свой блокнот.
– Ну? – спросил Кент.
– Мы наведем справки, – сказал Рэглан. – Если это правда, вам ничто не грозит. А зачем все же вы приходили в «Папоротники»?
– На свидание.
– С кем?
– Не ваше дело!
– Повежливей, любезный, – с угрозой сказал инспектор.
– К чертям! Ходил туда по своему делу. Раз я ушел до убийства, вас мои дела не касаются.
– Ваше имя Чарлз Кент? – спросил Пуаро. – Где вы родились?
– Чистокровный британец, – ухмыльнулся тот.
– Да, – задумчиво заметил Пуаро, – полагаю, что так. И родились вы, думается мне, в Кенте.
– Это еще почему? – вытаращил на него глаза тот. – Из–за фамилии? Что же, по–вашему, каждый Кент так уж в Кенте и родился?
– При некоторых обстоятельствах, безусловно, – с расстановкой произнес Пуаро. – При некоторых обстоятельствах – вы понимаете?
Голос Пуаро звучал так многозначительно, что это удивило обоих полицейских. Кент багрово покраснел – казалось, он сейчас бросится на Пуаро.
Но он только отвернулся с деланым смешком. Пуаро удовлетворенно кивнул и вышел. Мы – за ним.
– Мы проверим это заявление, – сказал инспектор, – но мне кажется, он говорит правду. Все же ему придется сказать, что он делал в «Папоротниках». Я думаю, это наш шантажист, хотя, если ему верить, убийцей он быть не может. При аресте у него обнаружено десять фунтов – сумма относительно крупная. Я думаю, что те сорок фунтов попали к нему, хотя номера и не совпадают. Но он, разумеется, первым делом обменял деньги.
Мистер Экройд, видимо, дал ему денег, и он поспешил распорядиться ими. А какое отношение к делу имеет то, что он родился в Кенте?
– Никакого. Так, одна из моих идей, – сказал Пуаро. – Я ведь этим знаменит – идеями.
– Вот как? – с недоумением промолвил Рэглан.
Старший инспектор расхохотался.
– Я не раз слышал, как инспектор Джепп говорил о мсье Пуаро и его идейках. Слишком фантастичны для меня, говорил он, но что–то в них всегда есть.
