Когда прозвучал гонг, призывающий к завтраку, она сказала, что ей пора домой, и я проводил ее до двери. Забавно было думать, что эта строгая мисс, отчитав судомойку, возвращается к себе в комнату и берется за какую–нибудь «Тайну седьмого трупа» или за что–либо еще в таком же роде.
Глава 3
Человек, который выращивал тыквы
За столом я сообщил Каролине, что буду обедать в «Папоротниках». Это ее отнюдь не огорчило.
– Чудесно. И все узнаешь. Кстати, что с Ральфом?
– С Ральфом? – удивленно спросил я. – Ничего.
– А почему же он остановился в «Трех кабанах», а не в «Папоротниках»?
– Экройд сказал мне, что Ральф в Лондоне, – ответил я, от удивления отступив от своего правила не говорить лишнего, но я ни на минуту не усомнился в точности сделанного мне сообщения.
Раз Каролина говорит: Ральф остановился в гостинице – значит, так оно и есть.
– О! – произнесла Каролина, и я заметил, что кончик ее носа задрожал. – Он приехал вчера утром и еще не уехал. Вчера вечером у него было свидание с девушкой.
Это меня не удивило.
У Ральфа, насколько я мог судить, почти каждый вечер свидание с какой–нибудь девушкой. Но странно, что он выбрал для этого Кингз–Эббот, не довольствуясь веселой столицей.
– С одной из официанток? – спросил я.
– Нет. В этом–то все и дело. Он ушел на свидание, а с кем – неизвестно. (Горькое признание для Каролины.) Но я догадываюсь! – продолжала моя неукротимая сестра. (Я терпеливо ждал.) – Со своей кузиной!
– С Флорой Экройд? – удивленно воскликнул я. Флора Экройд в действительности совсем не родственница Ральфу Пейтену, но мы привыкли считать его практически родным сыном Экройда, так что и их воспринимаем как родственников.
– Да, с Флорой Экройд.
– Но почему же, если он захотел увидеться с ней, то просто не пошел в «Папоротники»?
– Тайная помолвка, – объяснила Каролина с наслаждением. – Экройд об этом и слышать не хочет. Вот они и встречаются тайком."
"Теория Каролины показалась мне маловероятной, но я не стал возражать, и мы заговорили о нашем новом соседе, который снял недавно коттедж, носивший название «Лиственница», соседний с нашим.
К великой досаде Каролины, ей почти ничего не удалось узнать об этом господине, кроме того, что он иностранец, что фамилия у него Порротт и что он любит выращивать тыквы. Признаться, фамилия его звучит несколько странно. Питается он, как все люди, молоком, мясом и овощами, иногда треской, но ни один из поставщиков не мог ничего о нем сообщить. Словом, наша доморощенная разведка потерпела крах.
