Находил ли убийца — столь близкий теперь к разоблачению, — находил ли он приятность в скрупулезном проведении своих планов? Ибо уже не приходилось сомневаться, что убийство разработано было до мельчайших подробностей, и ту деталь включая, что орудие убийства оказалось так необъяснимо далеко от места. Продумано насквозь до ложных нитей и улик, вводящих в заблуждение; рассчитано на впечатление отсутствия расчета — убил, мол, из–за нитки бус. Теперь и загадка следов разрешилась — галоши в посылку, а сам прошел дорожкой к воротам, и следы потом затерлись множеством ступавших ног.
У Ригби был усталый вид.
— Полагаю, вы слыхали новость, сэр?
— Какую?
— Про ученика из филдингова корпуса, что с вечера пропал?
— Нет. — Смайли ощутил вдруг тошнотную слабость. — Нет, ничего не слышал.
— А я–то думал, вы знаете. Вчера вечером, в половине девятого, нам позвонил сюда Филдинг. Староста его корпуса, Перкинс, не вернулся из Лонджимида, с музыкального урока у миссис Харлоу. Мы подняли людей, начали поиск. Патрульную машину послали по дороге, которой Перкинс должен был возвращаться — он на велосипеде ехал.
С первого захода они ничего не приметили, но на обратном пути водитель остановил машину у подножия Лонджимидского холма — там, где мочажина. Ему подумалось, что парнишка мог разогнаться сверху и упасть в ложбине с велосипеда. Там его и нашли, в воде наполовину, а велосипед рядом лежит. Мертвого.
— О господи!
— Мы о находке сразу не сообщили прессе. Родители парнишки в Сингапуре. Отец — армейский офицер.
Филдинг дал им телеграмму. Мы связались также с военным министерством.
Помолчали, затем Смайли спросил:
— Как же это произошло?"
"— Мы закрыли там движение, пытаемся восстановить в деталях. У меня там сейчас агент обследует. Беда в том, что до утра мало чего можно было сделать. Плюс к тому, натоптали кругом мои люди, и винить их не будешь. По виду — вроде бы упал внизу в ложбине и ударился о камень головой, правым виском.
— Как принял известие Филдинг?
— Очень потрясло его. До того потрясло, что раньше бы сказали — не поверил бы я, честно говоря.
У него прямо руки опустились. Надо было ему всякое там делать — телеграмму родителям, сообщить дяде Перкинса, что в Виндзоре живет, и тому подобное. А он все это на свою экономку, на мисс Трубоди. Если бы не она, не знаю, что б он делал. Я с полчаса побыл там, а потом нервы у него сдали полностью, и он попросил меня уйти.
— Как это — сдали полностью? — быстро спросил Смайли.
— Да так — расплакался.
