— Его рука ласково коснулась моего виска, и с осторожностью заправила выбившуюся прядь волос за ухо. — Если уж наделять машину человеческими качествами, давать ей соответствующие реакции, черты характера, имитацию живых эмоций… То за прообраз следует брать лучших из нас.
Я несколько раз удивленно моргнула, сомневаясь, что правильно поняла его слова.
— Ты наделишь этого робота моими качествами?
— Уже наделил, — улыбнулся Варавва одними уголками губ. — Моя работа практически окончена.
Благодаря тебе.
Я изумленно выдохнула и неверяще мотнула головой. Все оказалось не так страшно. Но, тем не менее, я была поражена и, что уж там скрывать, польщена, что выбор Марка пал именно на меня!
— Это… просто фантастика какая-то… Я даже не знаю, что сказать!
Марк снова сдержанно улыбнулся и положил ладонь мне на щеку, нежно погладив её большим пальцем.
— Ничего не говори. Лучше иди ко мне.
Он потянулся к моим губам, но я с рваным выдохом отвернулась, уперев ладони в твердую грудь.
Сердце вновь сковало невыносимой болью — в самый проникновенный момент оно не дало забыть, зачем я пришла сюда!
— Что такое, Арина? — раздался у самого уха тихий баритон.
Я закусила губы, опасаясь, что Марк увидит, как они дрожат, и усилием воли заставила себя посмотреть на него.
— Нам… надо поговорить.
На красивом мужском лице отразилась настороженность, но лишь на мгновение. Уже в следующую секунду Марк вновь выглядел непроницаемым.
Отступил на шаг назад, заложив руки в карманы брюк, и впился в меня немигающим взглядом.
— Говори.
Я судорожно вздохнула, собираясь с силами. Это оказалось гораздо сложнее, чем я думала. И никак не удавалось подобрать нужные слова…
— Я не могу быть с тобой, Марк, — выпалила в лоб, в конце концов.
Жадно всматриваясь в его глаза, я пыталась считать хоть какую-то реакцию на свои слова, но — ничего. Ни один мускул не дрогнул на мужском лице! Оно оставалось абсолютно непроницаемым, словно маска.
— Почему? — выстрелом раздался голос Вараввы.
Я прикрыла глаза, чувствуя, как нарастает внутри обжигающая нервы паника, и шумно втянула носом воздух. Нужно было собраться… Взять контроль над всем, что творилось внутри! Это было сложно. Невыносимо. Но когда я вновь заговорила, мой голос звучал ровно.
— Ты считаешь меня особенной… Но я такая же, как все, Марк.
