Софи подошла к входной двери и, открыв, выглянула наружу. Городок погрузился во тьму.
— Кругом темно. Ни единого огонька…
Она оборвала себя, потому что Рид в несколько шагов преодолел разделявшее их пространство и обнял ее.
— Сегодня вы были изумительны, — прошептал он, взяв ее за плечи. — Вы прошли по балке, словно акробатка, пробующаяся на роль в цирке «Дю Солей»[10].
— Я была смертельно напугана, — призналась Софи, поднимая руки к лицу Рида. — Ваша маска исчезла. — Она впервые коснулась его лица — прежде всегда мешала маска.
Ее пальцы пробежали по скулам Рида, скользнули по носу, легли на веки, ощупали брови и лоб. Рид закрыл глаза, отдаваясь во власть ее рук. — Я думала, что вы, возможно, побывали в аварии, или ваше лицо обезображено ожогами.
— Нет, — тихо произнес Рид. — Пару раз я едва избежал смерти, но все же уцелел. Софи… — беспомощно выдохнул он.
Она поняла без слов. Софи необычайно остро чувствовала странную внутреннюю связь, возникшую между ними. Прежде она не испытывала ничего подобного.
Софи казалось, что она любит Картера, но за те несколько месяцев, что длился роман, ей не довелось пережить вместе с ним и малой толики испытаний, выпавших на их с Ридом долю. Казалось, они знают друг друга долгие годы, хотя встретились впервые лишь недавно.
Запрокинув голову, она потянулась губами к его губам. Счастливая улыбка предвкушения преобразила ее лицо. Но стоило Риду коснуться ее губ, как Софи словно пронзило током. Чуть отстранившись, она посмотрела на Рида, но в чернильной темноте не смогла разглядеть даже контур его лица.
— О! — только и смогла она выговорить.
— Черт побери! — пробормотал Рид. — Так вот что они имели в виду.
— Кто и что?
— Трубадуры со своими безумными песнями. И мои многочисленные родственники, когда донимали историями об Истинной Любви.
Софи прекрасно поняла, что хотел сказать Рид. Она чувствовала то же самое.
На мгновение они замерли, глядя невидящими глазами в густую темноту, а потом, не думая, почти не сознавая, что делают, принялись срывать друг с друга одежду.
Шелковое платье Софи легко соскользнуло с плеч. Рид глухо застонал, обхватив ладонями ее грудь. Этот хриплый гортанный звук, похожий на звериное рычание, вырвался у него сам собой.
Софи нетерпеливо сдернула с него сюртук и рубашку. Ей хотелось лишь одного: дотронуться до Рида, ощутить прикосновение кожи к коже.
Жаркие губы прильнули к его плечу, прежде скрытому одеждой.
