Я посмотрела на него, чувствуя, как внутри снова рождается доверие и благодарность.
Феликс, который до этого стоял в стороне, теперь тоже смягчился. Его лицо всё ещё оставалось серьёзным, но в голосе больше не было напряжённости:
— Почему вы помогаете нашей жене? Разве не смотритель первый должен сдать ее?
Морис кивнул:
— Абсолютно верно. Но с нами она не в опасности. Наоборот. Пусть Доф и ворчит, но он знает, что я не дам тебя в обиду, девочка. — Морис посмотрел на меня так, что мурашки побежали по коже.
Он всегда так на меня смотрел? — Её магия еще зреет. Но, Мариса, тебе нужно научиться ею управлять, раз уж богиня позволила тебе ее оставить.
Я знала, что он на моей стороне, как и всегда, и это немного успокаивало. Но что-то неуловимо изменилось между нами. То ли это я слишком долго смотрела в его карие глаза. То ли он улыбался мне как-то иначе.
— Спасибо, — тихо ответила я. Мне стоило все это обдумать. Кажется, я совершенно не успеваю за событиями в своей жизни.
Мои мужья коротко попрощались с Морисом и чуть не на руках унесли меня домой.
Чувствую, нам предстоял разговор.
Глава 22
Когда мы вернулись домой, напряжение между нами стало почти осязаемым. Феликс был явно насторожен, и я чувствовала, что разговор назревает. Как только мы закрыли за собой дверь, Феликс нежно, но настойчиво притянул меня ближе, поцеловал в губы, а потом тихо сказал:
— Нам нужно поговорить, Мариса.
Я знала, что этот разговор был неизбежен, и, собравшись с мыслями, мы прошли в гостиную.
Я села на диван, чувствуя, как внутри нарастает тревога, и посмотрела на Феликса, который сел напротив. Фернан оставался стоять рядом, его руки были скрещены на груди.
— Ты явно скрываешь что-то он тас, — начал Феликс, его голос был мягким, но настойчивым. — Что именно, Мариса? И как связаны с тобой Морис и Доф?
Я глубоко вздохнула, зная, что пришло время рассказать правду. Нельзя больше скрывать. Я либо буду с ними искренняя, либо что-то внутри подсказывало, что ничего не выйдет.
— Я… не из этого мира, — начала я, чувствуя, как слова с трудом сходят с языка. — Вернее, я не была Марисой изначально. Когда я сюда попала, настоящая Мариса уже покончила с собой.
Феликс и Фернан переглянулись, их лица выражали непонимание, но они не прерывали меня, давая возможность объясниться.
— Я очнулась в её теле сразу после того, как меня убили в моем мире. В тот момент, когда её жизнь закончилась, я заняла её место.
