Речь ее была хотя и не громкой, но внятной и довольно эмоциональной, так что Грачевскому, который ни слова не знал по-эвенкийски, даже показалось, что он ее понимает.
– А теперь переведи, – когда она закончила говорить, попросил он. – Хотя, мне кажется, я понял, о чем шла речь… Настолько это все выглядело выразительно… Эта твоя мимика, жесты… Ты говорила о животных?..
– Да, правильно! – обрадовалась она. – О зверях…
– О добрых или злых? – улыбнулся Володька.
Он был готов слушать ее часами, потому что голос ее напоминал ему легкое журчание лесного ручейка, отчего у него становилось легко и покойно на душе.
– Звери не бывают злыми… – сказала Эльга. – И жестокими не бывают. Они ж не люди… Они добрые, только живут по своим собственным законам. И сказка моя добрая. Вот послушайте… – Она на мгновение умолкает, будто бы собираясь с мыслями. – Когда-то в наших местах обитал злой, коварный дух Налевси, – начала девушка. – Чтобы навредить людям, он прогнал из тайги всех зверей, которые давали человеку мех и пищу.
Долго люди не могли избавиться от него, а когда наконец им это удалось, тут же вернулись и звери. Только за многие годы они забыли, кто из них где обитал. Стали решать, кому где жить. «Я маленькая да легкая, вижу и слышу хорошо, высоты не боюсь – буду в скалах жить, – сказала кабарожка и убежала…»
– А как будет по-вашему кабарга? – неожиданно перебил ее Грачевский.
– Микчан… – ответила Эльга и продолжила свой рассказ: – Тут, – говорит, – свой голос подал медведь. «А я большой, – сказал он, – мне есть надо.
Однако зимой где ж мне ягоду найти? Так что спать буду…» Вот с тех пор медведи и спят зимой. «А нам воды много надо», – сказали утки, и с тех пор они летают то на юг, то на север в поисках большой воды. «А мы поселимся ближе к речке, – сказали зайцы, – там травка растет и кустиков много – поглодать можно». «А мы, – сказали рябчики, – зимой в ельниках прятаться будем. Попробуй отыщи нас среди елок!» «А я бегать буду там, где корм есть, – орешки да ягода. И вас, рябчиков, не обойду – так и жить буду», – говорит соболь.
С тех пор порядок в тайге воцарился. Медведь зимой спит, соболь бегает, кабарга на скалах живет, утки осенью в теплые края улетают, рыбы из ключей в речку уходят, а которая остается, та в ямках отлеживается. Зайцы по берегу скачут да кусты обгладывают. Рябчики да глухари «штаны» теплые на зиму надевают. Так и зимуют…
Забавно, подумал Грачевский.
– И кто ж такие сказки у вас придумывает? – спрашивает он.
