Тем более что сама Люба в свое время оказалась осведомлена о сердечных делах Нади едва ли не лучше самой Нади.
— Это Ник, да?
Сначала ей кажется, что Люба не ответит. Но та произносит, тихо, отвернувшись и глядя в окно:
— Да. Только я не хочу об этом говорить. Не сердись, Надюш. И верни мне мой браслет, пожалуйста.
— Витя, ты представляешь?! Это все-таки Ник!
— Что — Ник?
— Ну, Ник и Люба!
— Офигеть… Как они так вляпались-то… друг в друга… Я их не могу представить вместе.
— Знаешь, — Надя задумчива. — А я могу.
Если у них все… по-настоящему.
— Не знаю, как у них там, но Колька в последнее время или отмалчивается, или психует.
— А Люба грустная. Блин… Как бы им помочь?
— Никак. Двое дерутся — третий не мешай. Полезем — только хуже сделаем.
— Ну, жалко же дураков.
— Да кто ж спорит. Жалко.
В какой-то момент Люба поняла, что она опасно привязывается к Егору. И что это чревато новыми потрясениями — для него, в первую очередь. Но без его мастерской жить уже не могла. И что делать? А решение оказалось простым — как в детстве.
Если не знаешь, что делать — иди к папе. Папа все знает.
Она скрывала от родителей свое увлечение стеклодувным делом. Не могла объяснить, почему. Придумывала какие-то несуществующие мероприятия, встречи, оправдывая свое почти ежедневное отсутствие дома до позднего вечера. А когда наконец-то созналась отцу, поняла, какой была дурочкой. У папы совершенно счастливые глаза, в которых ни тени упрека или непонимания, а только радость и гордость за ребенка.
— Ты ж моя умница! — отец притянул ее за голову, поцеловал в висок. — Когда покажешь?
— Принесу что-нибудь из своих поделок, они в мастерской у Егора, — она прижимается щекой к отцову плечу. — Знаешь, пап, мне так неудобно перед ним — я столько времени у Егора отнимаю, у него своих дел куча…
— Ну, так давай сделаем тебе собственную мастерскую, — отец ответил спокойно, как будто это было нечто само собой разумеющееся.
— А это можно?!
— Думаю, нет ничего невозможного для человека с интеллектом, — усмехается отец, поглаживая ее по голове.
— И с определенными финансовыми возможностями.
— У Егора мастерская на базе химического факультета…
— У нас не факультет, конечно, но мы попробуем что-нибудь сделать, если тебе это нужно.
— Очень!
Мама отреагировала на открытие дома филиала стеклодувной мастерской гораздо более скептически, нежели отец.
— Доченька, ну зачем тебе это? Это же тяжело, опасно. Вон, уже один ожог на руке есть.
