– Ты не в себе?! Как ты вообще можешь так говорить про сына?
– Тогда что? Я рожей не вышел?
– Ты очень симпатичный. Просто…
– Что?
– Я не знаю английского, – выпалила я. Мамин изумленно моргнул. А что тут удивительного, спрашивается?! – И во мне метр с кепкой роста. И я не блондинка, – тараторила я. – А еще во мне три килограмма лишнего веса.
– Ты опять об этом? Сказал же – мне похеру, Любава. Что ты морочишь мне голову?! Сюда иди!"
"Мамин как будто бы и впрямь разозлился. Впечатал меня в свою твердокаменную грудь.
И поцеловал. Черт… У меня пальцы на ногах поджались. А предательницы-руки, будто живя своей жизнью, взметнулись вверх, лишь сильнее к себе притягивая. Зарываясь пальцами в на удивление мягкие волосы Олега, я издавала совершенно неприличные звуки и терлась об него так, как даже Геракл об меня не терся, когда я его спасла. Лямка сарафана упала с плеча. Мамин стащил ее еще ниже, оголяя грудь. Прикусил неприлично торчащий сосок, взвешивая в ладонях сразу обе груди. Оторвался от губ, чтобы зарыться лицом в их мягкость.
Глава 11
Нахлобучивало меня от Любаши… Что вы. Наверное, и у Степки так лапы не тряслись в его первый раз.
– Бать! Ну вы еще долго?! Он сейчас нагадит!
Легок на помине! Любаша забилась в моих объятиях.
– Ты слышал?! Отпусти меня!
Чтобы разжать руки, пришлось приложить усилие. Люба спрыгнула с подоконника и помчалась в туалет спасать ситуацию. А я залип на перекатывающихся под одеждой булочках. И эта женщина комплексовала из-за трех лишних килограммов? Вот что с этими бабами не так? Ни черта они не знают о наших вкусах.
– Олег, помоги, пожалуйста!
Поправив напрягшийся член, я послушно взял врученные мне пакеты. Ну, тут и душегубка, а! Как, интересно, Любаша собиралась здесь жить?
Вернувшись в квартиру, наткнулся на Степкин смеющийся взгляд и два выставленных вверх больших пальца. Одобрямс, дескать. И тут можно было подумать, что сын как-то поспешил с выводами, если бы я уже сам все для себя не решил.
– Ну, вот. Готово, – отряхивая руки, пробормотала моя будущая жена, сдувая упавшие на лоб прядки.
Я подтолкнул ее к коридору.
– Пойдем, покажу твою комнату.
Когда я покупал эту квартиру, риелтор втирал о том, что здесь получится идеальная детская. Но пока она скорее напоминала кладовку с установленной посредине кроватью.
– Гостей у нас обычно не бывает, поэтому здесь бардак, – почесал я в затылке.
– Ничего, – отмахнулась Любаша. – Спасибо, что приютили. У меня и впрямь жарковато. Я могу воспользоваться душем?
– Ага.
