То есть тебе ничего не стоит создать новые нейронные связи и приучить организм к чему угодно. Давай, Любаш, две минуты…
Не давая мне возмутиться, Мамин захлопнул дверь у меня перед носом. Вот гад! Закусив губу, я сделала вдох. И еще один. А потом сорвалась с места и со всех ног влетела в ванную. Душ, бритва, антиперсперант. Хвост или коса?! Даже Женя соглашался с тем, что у меня красивые волосы. Тьфу ты. Надо же было его вспомнить! А вот что надеть?! Я никогда не бегала. Я вообще не дружу со спортом! Правда, желая угодить Женечке, одно время я пыталась ходить на фитнес.
И с тех пор у меня имелись симпатичные лосины с топиком и кроссовки. Кепка тоже в моем гардеробе присутствовала – это вообще шикарный аксессуар на случай, если поленился помыть голову. Все даже фирменное. Ну, потому что это Женя покупал. Бр-р-р… Впрочем, потребность показаться Мамину хоть немножечко симпатичной перевесила нежелание надевать хоть что-то из той, прошлой жизни.
Из квартиры я вывалилась минут через десять.
Брови Олежки взлетели вверх под кепку. Господи, я что, правда ему понравилась? Да быть такого не может!
– Привет, Лорд. Как дела? – суетилась я, пока песель скакал туда-сюда в такт с рваным ритмом сердца.
– Эм, – пробормотал Олежек. – Ну, пойдемте.
В просторной кабине лифта аромат Мамина забился в нос. Он явно тоже принял душ перед пробежкой и воспользовался парфюмом. Таким колким и морозным, что у меня руки покрылись мурашками. И стало знобить, что вообще непонятно как сочеталось с опаляющими нутро языками пламени.
Взгляд, который я старательно отводила, то и дело возвращался к шикарно проработанным рукам Мамина. Те ничуть не скрывала свободная борцовка. Я с удивлением для себя отметила, что у него нет ни одной татуировки. По крайней мере, в поле видимости. А это, пожалуй, единственное, что отличало портрет соседа от портрета героя женского романа.
Глаза неизбежно поднялись по мощной шее. Пульс у Олежки частил.
Словно пробежка уже состоялась или… Поймав его насмешливый взгляд, я покраснела с головы до пяток. Ну, конечно, он понимал, какое производит впечатление на слабый пол! Господи, какая же стыдоба.
– У меня клаустрофобия, – соврала я, чтобы таким дурацким образом оправдаться.
– М-м-м, – протянул он. – Значит, так ты с ней решила бороться.
– Как так?!
– Поселившись в пентхаусе, куда единственный способ попасть – замуроваться в лифте.
