А что тут понимать? Статуэтка была лишь копией, оригинал хранился в закрытом помещении хранилища, под толстым стеклом. Не стал бы я выставлять многомиллионную ценность вот так, на всеобщее обозрение.
Словом… Статуэтка, разбитая Аней, чего-то стоила, всякая копия стоит денег, но цена была пустячной. Заявившись к Ане с претензий, я самым наглым образом соврал… Потребовал отработки!
Не слишком ли часто я лгал? Нет, пожалуй!
— Это не ложь, это маленькая военная хитрость. И поверь, об этом кое-кто никогда-никогда не узнает, верно?
Малышка наблюдала за мной, затаив дыхание, иногда вставляла какие-то отдельные звуки.
— Ну ты меня точно не сдашь, говорить еще не умеешь, а пока научишься… Пфф! Пока ты научишься, я эту Анечку много раз и по-вся… Кхм…
Мне захотелось отвесить себе леща за подобные высказывания в обществе маленькой девочки. Стыдно, Эмин! Тебе должно быть стыдно…
Ключевое словосочетание: «должно быть стыдно!»
Потому что стыда, как такового, я не чувствовал.
Меня жгло совершенно другое чувство, изматывало изнутри, выкручивало оголенными нервами наружу, буквально лишая сна.
Спустя полтора часа брожений по дому я заметил, как она начала моргать все реже и реже. Несмотря на поздний час, я не мог даже подумать о том, чтобы уснуть крепким сном: он просто не шел ко мне.
Девочка уже засыпала, а я был взбудоражен безумно, одержим желанием составить самый идеальный план, чтобы овладеть красоткой!
О, как много всего мне хотелось в отношении этой девицы, которая осмелилась занять так много места в моих мыслях!
Я гневался, мысленно одерживал верх и… восхищался невольно.
Ни одной девушке еще не удавалось так долго удерживать мое внимание на своей персоне. Да, я всегда долго ухлестывал за сложными красотками, но я никогда не ломал голову над тем, как добиться внимания и ответной страсти. Я всегда знал, как это сделать, намечал план и следовал ему, отмечал с азартом, как объект моих ухаживаний сдается…
Все.
Но Аня… Ох уж эта Аня!
Я места себе найти не мог.
Краем глаза я заметил, как Дарина зевнула.
Опа! Это знак…
Я мгновенно перестроил маршрут и дошел до ее спальни, осторожно опустил малышку в кроватку.
— Спи, красавица! — пожелал ей спокойной ночи.
Но она внезапно открыла глаза и капризно захныкала, засучив ножками.
— Окей. Понял. Пойдем ко мне!
Стоило взять ее на руки, как «сирена» перестала возмущаться.
