Здесь ценится жесткость, переходящая в жестокость, и способность жертвовать всем, в том числе и приближенными.
– В том числе и детьми, – эхом откликнулся Кайр и добавил: – Поспеши, Дамьен. Девушка, я полагаю, в отчаянии.
– О нет, она в ярости, – с искренним восхищением отозвался теневик и растаял, перемещаясь к запертой Лоренталь.
Потянувшись к теням, Кайрнех только улыбнулся: Ноэль собрала всех в детской. Удивительно, как его огонечек всегда умудрялась принимать единственно верные решения.
Войдя в детскую, Кайр немного помешкал, а после, слово за словом, в воздухе повисло напряженное ожидание: клятв боялись все.
– Позволь мне первой отдать свою клятву. – Бледная, с решительно горящими глазами, Ноэль стояла перед магистром.
И он, понимая все выгоды от ее решения, все равно пытался переубедить упрямый огонечек. Но куда там. Ее вереница бесконечно искренних клятв еще долго эхом звучала у него в сознании."
"– Душа моя, – в последний момент он смог удержаться и не сказать «сердце мое», – позволь проводить тебя в наши покои.
– Все плохо? – и в голосе огонечка звучал не страх, а обреченная готовность.
– Не так чтобы хорошо, – пожал плечами Кайр, – но и не так чтобы плохо.
Глава 4
Ноэль Альхена Антер,
Принятая в дом Айервилль, принятая в род Мор
Кайрнех плотно притворил дверь, повернулся ко мне и, поперхнувшись, перевел взгляд на шкаф. Шкаф, из которого послышался басовитый храп.
– Я знал, что теневики легко вписываются в реальный мир, – он подошел ближе и аккуратно отворил лакированную дверцу, – но не думал, что так легко.
Подойдя к нему, я попыталась заглянуть в шкаф через плечо Кайра, но, к сожалению, за последние недели ничего не изменилось и магистр был по-прежнему чрезмерно высок. Так что я поднырнула под его локоть и, увидев Милки, расхохоталась.
Признаться, я не думала о том, как он спит. Но в целом это должно было быть подобием кокона, верно? Или же как летучая мышь, или как нормальная бабочка.
Милки спал как мертвецки пьяный человек.
Спал на спине, одно крыло подвернулось, другое оттопырено в сторону, лапки обвисли, а длинные усишки шевелятся в такт храпу.
– И прошу учесть, что он не дышит, – негромко проговорил магистр теней. – Необъяснимо.
Он закрыл дверь и, подумав, бросил на шкаф заглушку.
– Милки съел какие-то чары, – я обеспокоенно посмотрела на Кайра, – это не повредит ему?
– Нет, не должно. Это я их бросил, – Кайр улыбнулся, – хотел проверить, чему малыш успел научиться.
