Но позволить себе содержать особняк я не могла, — Мам, а куда пойдём?
— Я предлагаю во внутренний двор. Там разбит мини-парк, есть качели, несколько фонтанов. Думаю, что тебе и маме понравится, — присаживаясь на корточки перед ребёнком, предлагает Брендон.
— Хорошо, пошли, — вижу, что сын берёт его за руку, выражая согласие следовать за ним. Я еще дома заметила, что Брендон ему очень понравился, он постоянно о нём что-то спрашивал, показывал тому игрушки, книжки, гордо демонстрировал свои рисунки.
Может быть, на уровне интуиции, чувствует родство?
— Рина, идёшь? — одной рукой Брендон держит сына, второй перехватывает мою ладонь. Я млею, чувствуя, как он большим пальцем поглаживает моё запястье. Позволяю насладиться себе этим ощущением пару минут, после чего, снова вытаскиваю ладонь из его руки. У него есть девушка, с которой он живёт. Ни к чему нам эти нежности. Я всего лишь — мать его ребенка. И даже не родная. Грустно улыбаюсь.
Кто бы мог подумать, что жизнь подкинет мне такую санта-барбару.
— Конечно. Следую за вами, мужчины.
Я не успела рассмотреть задний двор с балкона, лишь мельком, оценила его размеры и отметила, что он выглядит ярким и ухоженным. Поэтому сейчас верчу головой во все стороны, наслаждаясь красотой вокруг меня. Здесь настоящий парковый ансамбль, как в царских поместьях в Санкт-Петербурге. Аккуратно подстриженные кустарники, по боками обрамляющие каменную дорожку, разноцветные цветы, высаженные по какому-то, только садовнику понятному, принципу, которые придают пейзажу нарядности, пара фонтанов среднего размера.
Деревянная беседка, выкрашенная серой краской, небольшой прудик, где плавают птицы, напоминающие уток, несколько скульптур, в основном, изображающих волков в разных позах. Но есть одна скульптура, что выделяется среди остальных и цветом, и положением, и изображённым сюжетом.
— Это мой очень дальний предок и его истинная.
Он был великим вожаком, объединившим кланы в годы Великой войны на борьбу с общим противником. При его правлении, ни один волк стаи не голодал, все были счастливы. А его истинная, всегда и во всём его поддерживала, утешала, в моменты отчаяния, успокаивала, если он перегибал палку, поддавшись внутреннему волку. Она была доброй, сострадательной женщиной, готовой была прийти на помощь любому, кто попал в беду.
