– С огнем решила поиграть, Красная Шапочка. Опасно, – выдыхает в миллиметрах от моих губ.
Ноги тут же слабеют. Гадский Волк, он до сих пор на меня действует.
– Отпусти меня, – нахожу силы для ответа, и даже голос обретает твердость, – иначе заору, что ты меня похищаешь. Мой ухажер ещё не отошел далеко, услышит меня.
Захар улыбается. Но улыбка похожа на оскал.
– А что? Я бы похитил тебя, Юль. В тот же отель, – темный взгляд опускается в район моей груди.
– Ах ты ж, гад! – с треском луплю его по лицу.
Захар выпускает меня, и я отскакиваю от него.
Он держится за губу и моргает. Отодвигает руку, а я вижу на его лице кровь.
Перевожу взгляд на кольцо на среднем пальце. Кажется, задела им и рассекла губу Захару. Но сам виноват, распускает свои конечности.
– Не приближайся ко мне. Ты меня понял?! Карину свою по отелям катай, а я для тебя недостижима. Ты слишком мелочный для меня…
Хватаю ящик с земли и проношусь мимо, в последний момент вспоминаю, что в моей руке все ещё его телефон.
Раздраженно швыряю его на капот тачки и ускоряю шаг.
– Я с тобой не закончил, Красная Шапочка! – орет вслед Захар. – За пощечину спрошу сполна!
Жалею только о том, что руки заняты, иначе бы не постеснялась и показала ему фигуру из трех пальцев.
А у меня начинается отходняк. Все тело трусит от волнения, и внутри все сжимается от страха.
Что же я наделала? И чего мне теперь ждать от Волка?
Пробегаю мимо растерянных соседок и сдерживаю стон. Ну что за…мой телефон остался у Захара.
Черт, черт, черт! Там же вся клиентская база собрана.
Ну Волк! Скриплю зубами.
– Ой, Юлечка, а кто это тебе там грозит? – спрашивает тетя Валя, очередная соседка.
Да что тут таить? Все друг друга знают и каждый день по несколько раз здороваются.
– Здрасте, теть Валь, теть Нюр. Да это старый знакомый. Немного поспорили, – стараюсь приврать, чтобы по поселку не поползли слухи.
– И ты его ударила?
Черт! Видели все-таки.
Стараюсь мило улыбнуться, но скулы сводит, и мне кажется, эта парочка от меня даже отшатывается.
– Да это так, – отмахиваюсь, проклинаю людское любопытство, – немного повздорили.
Такое бывает.
– Ухажер, что ли? Слышь, Нюр, а у Юлечки, оказывается, и мужчина в наличии, а мы все думали, что мать-одиночка.
Сдерживаюсь, чтобы не зарычать и не заорать. Их даже не смущает, что я стою перед ними и все слышу! Они продолжают перемывать мне кости, а мимо нас, поднимая пыль, пролетает машина Захара.
– Ох, какой импульсивный. Мне бы мою молодость, – хихикает как девчонка тетя Нюра.
