С Юстом все оказалось гораздо проще, и уже спустя час после начала разговора мы составили меню, которое юное дарование пылко поклялось исполнить в лучшем виде. Только вот хмурый взгляд из-под куцей челки время от времени вызывал неприятные мурашки.
- Что не так? – Не выдержав спросила я, но мальчишка моргнул и, сжав губы отвернулся. – Ну?
- Не так я себе это представлял, леди Анна.
- О чем ты?
- О торжестве. – И вновь пылкий, полный протеста взгляд. – Я хоть и юн, но не слепой. И господин Леон вам совершенно не подходит.
Хотелось закричать, обругать его, крикнуть, что все это его не касается, но порыв застрял в горле как рыбья кость и я лишь шумно сглотнула.
Ах, Юст, если бы ты знал….
Но запретив себе что-либо говорить и поднимать в душе очередной шторм, который и без того, разрушил все остатки от моего терпения, гордости и самообладания, я отвернулась, делая вид, что исписанный мной лист самое интересное. Что можно придумать.
Осталось так мало времени… Уже завтра я стану леди Тьер, и Алекс исчезнет из моей жизни, пропадет, раствориться как утренний туман.
Глава 30
Утро особенного для меня дня стало по истине душным. И нет, на улице все так же главенствовала приближающаяся зима, готовая вот-вот засыпать землю плотным слоем влажных липких снежинок. Душно было мне. Я едва дышала, думая о том, что произойдет уже через пару часов.
Меня съедало сомнение, пальцы то белели то краснели, от того с какой периодичностью и жестокостью я сжимала кулаки раз за разом.
Мне было страшно. Страшно до тошноты и мысль о побеге казалась мне еще более сладкой, чем раньше, за одним только исключением – я безумно боялась совершить ошибку, понимая и осознавая угрозы озвученные Везери.
Полная женщина средних лет помогла мне принять ванну, прочесать волосы и собрать их в незамысловатую прическу с волнистыми прядями, отброшенными на спину. Платье, не особо изменившееся с того момента как я видела его в последний раз, пришлось в пору и как не печально, я не испытала радости, лишаясь надежды устроить показательный концерт и хотя бы как то отодвинуть свадьбу.
Но тщетно. Наряд сидел как влитой и длинные расклешённые рукава не без помощи просунули в длинный меховой жилет из серых пушистых шкур, и они воздушным шлейфом развивались в воздухе от каждого моего шага. Макушку украсил традиционный венок из мерзлых веток рябины и алых листьев бересклета.
Как драматично.
