Изображу, что надо, но подписывать ничего не стану.
– Давай.
Дауд не покидает комнату, разговаривает с Айбикой в моем присутствии. Поэтому я не предпринимаю никаких попыток. Только раскатываю шары в бильярде, начиная промазывать из-за подкатывающего тремора внутри.
– Бьешь дерьмово! – замечает Дауд, подходя ко мне.
– Никогда не любил бильярд. Больше по душе другие игры, но ты можешь играть еще хуже меня, так что думаю, у меня есть все шансы. Поговорил с Айбикой?
– Да. Скоро подвалит в один клуб. Она там любит бывать.
Обставим все так, будто жадный персонал просто захотел срубить бабок, шантажируя горячими фото. Они случайно попадут не в те руки. Придется быстро выдать замуж Айбику, принеся тысячи извинений, если уже создали другие договоренности.
Я наливаю себе еще один бокал, за ним второй. Быстро накидываюсь, чтобы заглушить ужасающее чувство мерзости, которое возникает внутри. Но пропасть лишь растет. Несмотря на то, планирую всего лишь изобразить секс с Айбикой, не перестает болтать.
Тошнотворные ощущения: как будто приходится добровольно отказаться от части себя.
Еще не думаю о реакции Лили, не думаю о ней вообще. Одно слово: слишком. В том, что есть между нами, всего слишком много, через край. Так по-настоящему, как никогда не было ни с кем. Ни разу.
Я хотел выстроить отношения с Лилей по контракту, начал действовать расчетливо, как настоящий делец. Мысленно расписал все пункты и подготовил ковровую дорожку в собственное безопасное будущее со многими гарантиями, но споткнулся буквально на первом же шаге.
Теперь я понимаю, как много она значит для меня, какая глубина кроется в ее синих глазах и во мне самом, когда я рядом с ней.
Рядом с ней я просто забываю жить иначе, дышу воздухом, одним на двоих, и больше ничего не надо. Вспоминаю наши торопливые и беззаботные прощания.
Я легкомысленно считал, что быстро расшаркаюсь в извинениях перед папашей и вернусь к своим планам: брак по контракту, горячая Лиличка рядом: контроль, безопасность, расчет и ясность во всем.
Оказывается, это бред и самообман.
Там, где штормит по-настоящему, утрачивают свои силы даже самые выгодные сделки. Они просто труха и гниль…
Гниль и труха, и мне придется сожрать целую тонну, просто проглотить, чтобы не дать уничтожить семью: мама, папа, сестры… Даже братья: затронет всех, если дать возможность Дауду действовать. Мне придется вжиться в шкуру мерзкой крысы, которая роет яму под собственного отца ради выгоды.
Придется нанести урон собственным чувствам.
