И, конечно, девушка помнила бескомпромиссные слова мужчины о том, что теперь они работают вместе. Впереди было очень много такой работы, где придется говорить и слушать.
Но слышать при этом лично Ветровой не хотелось.
Оглохнуть — вполне, но лучше бы не знать ничего, что так или иначе касалось человека, когда-то смешавшего ее с грязью. Он избавился от нее и этого достаточно, чтобы не пускать его в свою жизнь.
Ступая по пустынным улицам, девушка понимала, что присутствие бывшего тревожило ее, вызывало эмоции, но какие…она понять пока что не могла.
Бороться с собой и обманывать свою сущность всегда труднее всего, но она буквально кричала в своей голове, что ничего, кроме острого гнева, она не испытывала.
Так ли это?
Зайдя в квартиру, Аня наткнулась на знакомые ботинки и тяжело выдохнула. Нет, это не стало неожиданностью, такова была договорённость, Варшавский и правда сегодня сидел с Андреем, но в груди все одновременно болело и радовалось от этого факта.
—Мама пришла, — пробасил знакомый мужской голос, а затем послышался звонкий.
—Мама! Дядя Коля принес самолет на радиоуправлении.
Аня прикрыла глаза и сделала глубокий вдох.
Она это переживет.
Глава 14
Поразительно, как сын походил на Варшавского. От этого у мужчины дыхание перехватывало. Волей случая он смог сместить все встречи, отложить дела на потом, лишь бы побыть с сыном.
Но что-то подсказывало, что дело было не только в этом. Он рвался сюда еще и из-за Ани, на которую одновременно хотелось смотреть, продолжать ненавидеть, сорваться и стиснуть в объятиях.
Злость разъедала внутренности, он и не знал, что так бывает. Не видел ее столько лет и все было спокойно, складно, а тут словно обухом по голове зарядили, дали дыхнуть дымку прошлого, пустили по венам жгучее напоминание о той разрушительной любви, в которой он потерял самого себя и еще долго зализывал раны, и бросили на обочину подыхать от разъедающих грудину чувств.
И вот сейчас он смотрел в это полыхающее гневом лицо девушки и чувствовал, как внутри все переворачивается.
—Ты зачем балуешь ребенка? — недовольно просипела Ветрова, складывая руки на груди.
—Что плохого в том, что я принес сыну подарок.
—Ты его покупаешь! — шипя на мужчину, девушка прикрыла двери спальни, откуда выволокна Варшавского.
—Плевать. Я не знал о нем столько лет и имею полное право усыпать его подарками с ног до головы.
—В этом весь ты. Ты не слышишь меня!
Девушка шикнула, а затем сжала виски двумя руками, массируя голову.
—С чего вдруг.
